Доминик

Адрес его в «Скорой помощи» имелся, бригаду обещали прислать в течении пяти минут… Ах, хорошо бы они выполнили обещание!

– Только не умирайте… – парень, вспомнив, что слышал где-то и когда-то, что человеку, находящемуся в таком состоянии, нельзя позволять отключаться от мира, принялся бормотать, обращаясь к нему, – Пожалуйста, не умирайте, сэр… Помощь вот-вот прибудет, вам помогут…. Все… все будет хорошо, честное слово, совсем все, вот увидите!..

Он говорил еще что-то, говорил, не сознавая собственных слов, желая лишь отвлечь внимание несчастного от ран, от боли, наверняка разрывающей все его существо, от тьмы, могущей в любую секунду застить его сознание.

Он говорил, сжимая его холодную руку, пытаясь согреть ее, говорил, чувствуя, как сердце переполняет жалость и понимая, что от обиды и неприязни, обитавшей в нем еще несколько минут назад, уже не осталось и следа.

В какой-то миг он, глянув на белое, как мел, совершенно обескровленное лицо Доминика, заметил слабую тень улыбки, промелькнувшую по его губам и сердце его радостно забилось.

Если он улыбается, значит, силы еще не оставили его окончательно, значит, жизнь еще теплится в его теле, значит, есть надежда!

С лестничной площадки раздалось характерное звяканье, означающее открытие дверей лифта, и парень взволнованно поднял голову. Дверь, оставленная им приоткрытой, растворилась шире, замелькали белые халаты…

Юноша ощутил невероятное облегчение.

Врачи, профессионалы, знающие люди, окружили его, быстро и цепко выхватывая из ситуации важные и нужные детали, помогли подняться ему самому, высвободив ладонь Доминика из его руки, отвели его в сторону… Парень, чувствуя себя так, словно находится в обмороке, стоял и бездумно, едва ли не безразлично созерцал, как мужчину осторожно поднимают и укладывают на тот же диван, возле которого он находился; как один из врачей качает головой, склоняясь над ним, как губы его шевелятся, произнося непонятные и неизвестные самому юноше слова – названия лекарств…

Очнулся он от аккуратного прикосновения к своему локтю и, с трудом оторвав взгляд от распростертого тела Доминика Конте, обнаружил рядом с собой довольно молодую, но от этого не менее уверенную медсестру.

– Вы родственник? – она чуть сдвинула брови, пристально изучая лицо ошарашенного молодого человека.