Доминик

Ты и так сегодня перенервничал, небось, здорово перепугался, когда увидел меня…

Юноша негромко хмыкнул, честно стараясь притвориться бесстрашным и отчаянным парнем.

– Мало кто на моем месте не испугался бы, увидев окровавленный труп, – он напряженно вздохнул, отгоняя воспоминания и, мотнув головой, потер подбородок, – Я только стоял и думал, что у меня до сих пор болит челюсть от вашего удара, а вы вот… тут… – он еще раз вздохнул, и заставил себя улыбнуться, – Но ваши разговоры сейчас мне слушать даже приятно – во-первых, я вижу, что вы живы, дееспособны и смею надеяться, что скоро поправитесь, ну, а во-вторых… мне бы тоже хотелось узнать, кто стоит за нападением на вас.

Пострадавший, внимательно выслушав своего спасителя, покосился на брата и слабо махнул рукой.

– Я ведь уже говорил, да, что он может со мной разговаривать более фамильярно? Или после случившегося у меня уже провалы в памяти? Ну да ладно, не важно. За нападением на меня наверняка стоит Альфа, Дерек, и как бы мой брат не возражал, а я буду продолжать держаться этого мнения… – мужчина примолк, переводя дыхание и, подумав несколько секунд, внезапно совсем другим тоном спросил, – Слушай, а как ты попал в мою квартиру?

Дерек, от изумления как-то сразу растерявший всякую культуру, напрочь забывший о том, что говорит с человеком мало того, что более взрослым, так еще и стоящим выше него по социальной лестнице, пару раз обалдело моргнул.

– В каком смысле?.. Ник… – он нахмурился, всматриваясь в больного пристальнее, – У тебя что, действительно провалы в памяти? Когда я пришел к тебе, дверь была открыта, не нараспашку, конечно, но так… довольно очевидно.

– Так, ладно, с этим понятно, – Доминик приподнял левую руку, останавливая своего молодого друга и, хмурясь, закусил губу, размышляя о чем-то. Ричард, внимательно глянув на него, негромко вздохнул, предпочитая ответить молодому человеку сам.

– Тут не исключен вариант, что он просто забыл запереть дверь.

– Ты меня хочешь выставить раззявой в глазах нового друга? – Конте-старший скептически вздернул бровь и, вздохнув не глубоко, но тяжело, поморщился, – Вообще, если говорить откровенно… Я практически ничего не помню. Кажется, да, я заметил, что у меня не заперта дверь, пошел к ней… А может и не пошел.