По следам Гиены

Он хотел убить Доминика Конте, он шел к своей цели, но в не меньшей степени он хотел и вновь ощутить себя свободным, хотел чувствовать и выглядеть, как обычный человек, а не как беглый преступник.

Он сунул пистолет за пояс штанов, прикрывая его курткой и легкой поступью направился искать парикмахерскую.

После вчерашнего налета денег оставалось уже, наверное, в половину меньше и вскоре следовало опять пополнить запасы, но пока что он не спешил.

Нет-нет, на этот раз он не будет торопиться… Свойство глупцов и безумцев поспешность, он же теперь будет действовать умнее.

Конте наверняка уже знает о том, что он сбежал – в его распоряжении имеется капитан Ричард, родной брат, работающий в полиции, а кроме того – Карл Еж, всегда знающий все обо всех раньше, чем это узнают даже они сами. А еще есть Дерек.

Арчибальд на мгновение остановился, задумчиво скользя кончиком языка по зубам. Дерек, Дерек, Тедерик Янг, противный мальчишка, так спутавший и смешавший ему все карты! Наверное, его тоже придется убить, наверное, его он тоже должен ненавидеть.

Он недовольно мотнул головой и продолжил путь. Нет, к дьяволу Янга. Тратить на него свою злость, свою ненависть он больше не будет – ни к чему распыляться, разбрасываться столь ценным продуктом, его следует направить только на одного. Если Дерек попадется под руку, встанет на пути, – а в том, что он встанет, Молле не сомневался, – он будет убит. Ну, а если окажется умнее – выживет, вот и все.

«Жжжалеешшь?» – тень, внезапно проснувшаяся в его сознании, как будто приподняла голову.

«Кого, Янга? С чего мне его жалеть?»

«Друззьяя…» – насмешливо прошелестел мокой, и мужчина едва не расхохотался. Уж с кем-кем, а с Дереком друзьями они никогда не были. Никакой обоюдной симпатии и никакого расположения – только обман, один голый обман, которого мальчишка не заметил.

«Друзьями мы точно не были и, можешь поверить, никогда не будем», – он негромко фыркнул, стараясь не привлекать к себе внимания, – «Я же сказал – встанет на пути: умрет.

«Мало крови…» – тень недовольно завозилась внутри, – «Жажжжда… Убивай… Убей!»

«Я не буду убивать только для того, чтобы прокормить тебя», – Арчибальд нахмурился: с подселенцем следовало говорить строго. О том, что тварь к нему в душу проникла довольно кровожадная, даже можно сказать – излишне кровожадная, догадаться он уже успел, а теперь только получил подтверждение.