Проклятый граф. Гарде и шах. Том VI

О, не надо! – заметив, что собеседница намеревается что-то возразить, оборотень досадливо поморщился, – Мне известно, что ты не бессмертна, лишь омолаживаешь непрестанно свой организм, как старик Тьери, но это не значит, что твою жизнь нельзя оборвать. Но значит, что жизнью ты дорожишь… – он прищурился, не желая позволять женщине отвечать, – Я хочу знать о мече, который якобы способен отнять силу. Что тебе известно?

Альжбета нахмурилась, поспешно припоминая, о чем идет речь, пытаясь сообразить, как реагировать на столь неожиданный вопрос.

Где-то в глубине ее сознания копошились смутные воспоминания, но на то, чтобы пробудить их, требовалось некоторое время.

Чеслав ждал. Он видел, что собеседница отчаянно вспоминает, видел, что она выполняет его просьбу, его требование, приказ, и не торопил ее. Он знал, что для достижения оптимального результата порою необходимо проявить терпение.

– Нейдр… – наконец неуверенно проговорила Альжбета, хмуря тонко выщипанные брови, – Мистический меч, способный отобрать силу у существа или человека, ею наделенного… Это единственный меч, о котором мне известно, если тебе нужен какой-то другой…

– Мне нужен именно этот, – Чеслав быстро улыбнулся, немного склоняя подбородок.

Ему нравилось видеть, что его слушаются, и нравилось получать ожидаемый результат.

– Мне известно о нем немного, – женщина в раздумье покусала губу, – Фактически, я уже все сказала.

Что именно тебя интересует?

– Меня интересует, где он находится и как добраться до него, – оборотень откинул голову назад, делая весьма расслабленный жест рукой, – Я знаю, что тебе это известно. Расскажи…

Альжбета подозрительно нахмурилась: внезапный интерес Чеслава к мифическому мечу был ей неясен. Сама же женщина, будучи по натуре весьма осторожна, предпочитала, прежде, чем предоставить требуемую информацию, сначала узнать, для чего она нужна.

– Зачем? – она немного повернула голову набок, – Что за дело тебе до этого меча, оборотень? Кого ты намерен лишить силы?

Рыжий негромко рассмеялся, поднимая руки и показывая, что сдается.

Скрывать свои намерения он на сей раз смысла не видел.

– О, я совсем не собираюсь лишать кого бы то ни было силы! – он широко улыбнулся и, тотчас же напуская на себя вид безмерной печали, грустно вздохнул, – Лишь хочу защититься от такой попытки.