Проклятый граф. Том IV. Идеально безумный мир

Может, вызвать санитаров пока ты не начал бросаться на людей?

– Черт возьми, Роман, да вспомни же ты! – Владислав рассерженно хлопнул ладонями по столу и, вскинув голову, неожиданно замер, глядя мимо своего собеседника. На лице его медленно и неотвратимо уверенно начала прорисовываться широкая улыбка.

– Татьяна?.. – молодой человек, улыбаясь все шире и шире, вышел из-за стола, не сводя взгляда с приблизившейся девушки и, действуя в определенной степени неуверенно, видимо, опасаясь, как бы вселенская амнезия не постигла и ее, протянул к ней руку, – Как же я рад тебя видеть! А… – взгляд его скользнул к парню, стоящему рядом с девушкой, и на лицо бессмертного набежала грозовая туча, – А он что тут делает?!

– Помог мне добраться сюда, – Татьяна примирительно подняла руки и, заулыбавшись сама, шагнула к собеседнику, – Я тоже рада видеть тебя, Влад.

Ну и… – взгляд ее упал на заинтересованно обернувшегося виконта, – Не тебя одного.

– А это у нас еще кто? – Роман заинтригованно приподнял бровь, переводя взгляд со своего друга на его собеседницу, – Ты назвал ее… – он неожиданно несколько посерьезнел, недоверчиво подаваясь вперед, – Татьяна? Неужели та самая, с которой ты мне с самого утра мозги канифолишь? – всмотрелся внимательнее и немного склонил голову набок, прищуриваясь, – Подозрительная личность со знакомым лицом.

Ее не разыскивают случайно за что-нибудь особо серьезное?

– Ее вряд ли, – пасмурно откликнулся Цепеш, не сводя взгляда с кажущегося совершенно расслабленным молодого мага, – А вот что касается этого типа… Какого дьявола тебе здесь нужно?! Опять по заданию Альберта вынюхиваешь?!! Учти, если ты попытаешься хоть что-то…

– Тихо, бессмертный, – лениво прервал его Людовик, – Как я говорил Татьяне, с Альбертом я больше не дружу.

Он отобрал у меня игрушку, а я плюнул в его песочницу… Так что теперь я буду дружить с вами, если, конечно, ты все-таки отдашь мне мотоцикл.

– Опять он за свое! – Владислав раздраженно хлопнул себя по бедрам и, резко выдохнув, сел, делая весьма вызывающий приглашающий жест, – Впрочем, я рад, что вы, по крайней мере, судя по всему, сознаете неправильность этого мира. Садитесь.