Проклятый граф. Том V. Ночь Большой луны

– Обнять?! – Роман, от негодования на несколько секунд просто остолбеневший, гневно выдохнул, упирая руку в бок, – Я все понял! Вам там сеанс массового гипноза провели, да? Вы теперь дружно сбрендили и защищаете нашего негодяя-дядюшку, который кое-кому еще и потомок! – взгляд его обратился к Винсенту, – Эй, хвостатый предок всея семейства, на тебя что, тоже гипноз навели? Что стоишь, как истукан, даже мое возмущение не поддерживаешь!

– Не вижу в этом смысла, – хранитель памяти, негромко хмыкнув, решительно обошел сгрудившихся перед ним людей и, миновав даже Романа, прислонился к балюстрадам, скрещивая руки на груди, – Ты бы сначала выяснил, что да как, а уж потом шуметь начинал.

Альберт слаб, настолько слаб, что даже ходить сам почти не может, сил на гипноз у него точно не хватит, особенно на такой сильный, чтобы мог подействовать на меня. А ситуация, угрожающая нам, дело, задуманное всем известным и недавно виденным Ричардом рыжим негодяям настолько серьезна, что нам пришлось пойти на некоторые уступки, чтобы Альберт согласился помочь нам. Сами же мы, боюсь, не сумеем справиться ни с Чеславом, ни с призванными им ворасами…

– Ворасами? – Анри, внезапно оживившись, завертелся в руках матери, с интересом выглядывая из-за нее и взирая на хранителя памяти, – Это же те, про которых я читал, да? А что, разве скоро будет Ночь Большой луны?

В холле вновь воцарилось молчание. Знания мальчика, внезапно оказавшиеся столь глубокими, изумляли всех, начиная с его родной матери, даже не подозревавший, что в магии, и существах, созданных ею, сын смыслит уже так много, и что отвечать на его заявление вновь никто не знал.

Первым нашелся, к удивлению многих, все тот же Альберт.

Когда громкий, жизнерадостный хохот его разорвал воцарившуюся тишину, девушка от неожиданности даже вздрогнула и, хмурясь, быстро переглянулась с мужем.

Роман недовольно всплеснул руками.

– Вот, а еще говорите, что он обессилен! Да он точно так же хохотал, когда возле замка стоял, и тогда вид у него был вполне цветущий, между прочим!

Альберт, силясь прекратить смеяться, слабо махнул в сторону племянника рукой.

А затем вдруг подался вперед и, сделав несколько относительно шатких шагов, схватил внука на руки, поднимая его вверх и почти с восторгом рассматривая юное изумленное личико.

– Вот что значит – внук мастера! – в голосе мага зазвучала нескрываемая гордость, – Откуда ты все это знаешь, малыш? Мама твоя по дороге призналась, что магии тебя она обучать не разрешает.