Проклятый граф. Том V. Ночь Большой луны

Эрик, улыбнувшись, взял появившийся перед ним высокий стакан с апельсиновым соком и, отпив немного, одобрительно прищелкнул языком. Сок ему нравился.

– Сегодня, как я понимаю, за пропитание отвечаешь не ты? – Татьяна, чуть улыбнувшись, быстро глянула на Романа, – Будь это ты, Эрик, выпив соку, сегодня отравился бы.

– Я бы скорее подсунул отраву дяде, а не родному брату, – недовольно отозвался уличенный в безделье виконт, – Но ты угадала – сегодня в меню не я. Сегодня его очередь.

Из-за двери, ведущей к комнатам хозяев замка, послышались веселые молодые голоса, звук шагов и знакомый смех.

– Да ты заливаешь! – голос Луи, явно чем-то восхищенного, был узнаваем без труда. Отвечал ему, к изумлению всех присутствующих, включая и Романа, который, в общем-то, от младшего брата всегда ожидал абсолютно всего, давящийся от смеха Андре.

– Да серьезно! Шторм дикий, волны выше грот-мачты, дождь стеной – не видать ничего! – дверь громко растворилась, являя изумленным зрителям двух, абсолютно довольных обществом друг друга молодых людей.

Андре, размахивая руками, продолжал, не замечая увеличившегося числа слушателей, живописать какую-то великую трагедию своей прошлой жизни, с трудом справляясь с душащим его хохотом.

– Я штурвал влево, волны через борт, все коробки с палубы – в воду! И тут вдруг скала! «Соарта» брюхом на нее, и скала прошибает палубу чуть не у меня между ног! Я тогда так визжал, что поросята от зависти дохли!

Людовик, видимо, представивший себе эту картину, согнулся от хохота пополам.

– Ой, я так и слышу это! Бедные поросята, да ты живодер, кузен! – он выпрямился, стирая с глаз выступившие слезы и, широко улыбаясь, хлопнул собеседника по плечу, – Ладно, хватит ржать, пора яства вкушать. Зацени, какой стол я сделал к вашему первому завтраку в Нормонде!

– Ах, так это он сделал не для нас, а для них, – Роман, обычно ничего против шуток не имеющий, окатил брата таким убийственно-холодным взглядом, что тот как-то сразу стушевался и притих.

Даже улыбка его погасла, сменяясь выражением почти детского изумления.

– Ого… – он ухватил тоже несколько растерявшегося кузена за рукав и, слегка дернув вперед, заговорщицки шепнул, – Похоже, господин виконт по сию пору гневается на тебя и на твоего родителя.