Проклятый граф. Том VII. На крючке ярости

– Я не собачка, чтобы слушать приказы! – он почти шипел, не в силах усмирить охватывающую его с каждым мигом все сильнее и сильнее ярость, – И Ан – не хозяин мне! Он мой друг, мой лучший друг, веришь ты или нет! И я не предавал вас, никогда бы не сделал этого, я все время, непрестанно твержу ему, чтобы он оставил свою ненависть к вам! – молодой человек вскочил на ноги, немного наступая на деда, – И сейчас я пришел сообщить, что Ан сказал мне – к Чеславу возвращаются силы! Он обуздал Нейдр, он того и гляди разрушит замок, но вам на это, должно быть, плевать! Вы не станете верить ни его словам, ни моим, потому что в ваших глазах мы, мы оба – чертовы предатели, не заслуживающие ни капли веры! Прекрасно, просто прекрасно! – и, не в силах больше оставаться в компании родных, в компании людей, которых любил, наверное, больше всего на свете, парень резко оттолкнул несколько опешившего Альберта в сторону, стремительно вылетая из комнаты.

Винсент, такого взрыва тоже не ждавший, ошарашенно покрутил головой.

Человеком он был справедливым, за годы жизни успел неплохо изучить людей, и прекрасно знал, что такая вспышка ярости в душе Анри может быть спровоцирована только по-настоящему несправедливыми обвинениями… но сам последние таковыми не считал.

– Он назвал его Ан, – Альберт, медленно подняв опущенную на доли секунды голову, покачал ей, – Ты слышал, Венсен?.. Несколько раз, называл его сокращенным именем, называл так, как его имеет право звать лишь Чеслав!

Винс медленно провел ладонью по лицу.

Происходящее не укладывалось у него в голове, верить в истинность подозрений безмерно не хотелось, но… Он тяжело вздохнул.

– Думаешь, Анхель и в самом деле считает его другом? Думаешь, ради Анри он сумеет забыть о своей ненависти к тебе, Антуану ла Бошеру, великому мастеру, так похожему на того… другого, – здесь мужчина чуть поморщился, – Думаешь, забудет о мести, оставит нас в покое? Ради Анри?..

– Кто знает, – великий мастер Альберт на несколько секунд сжал губы, мрачно размышляя, – Но одного мы отрицать не можем, Венсен, – пятнадцать лет Анхель не давал о себе знать.

Был дружен с Анри, находился с ним рядом, но не попытался причинить нам вреда, не сделал ничего, что могло бы быть приятно ему и неприятно нам!

Собеседник его криво улыбнулся. С его точки зрения, Анхель сделал более, чем достаточно.

– Да, только переманил Анри на свою сторону. Ладно… я думаю, надо рассказать остальным. Такое умалчивать мы не имеем права.