Паутина времени

Ребята переглядывались, совершенно не представляя, как реагировать на слова нового знакомого, не находя в себе сил поверить в его безумные речи и, вместе с тем, как-то подспудно ощущая, что парень не лжет. Что он и в самом деле верит в свои слова, что он свято убежден в их истинности… Но ведь это невозможно!

– Так, – Марк, как самый здравомыслящий, решительно хлопнул в ладоши, – Со странностями разберемся потом. Рассказывай, Вольф, свою версию событий, потом попробуем осмотреть твои раны, объясним, как все обстоит… если сами что-нибудь поймем.

Немец, явно не до конца понявший сложных конструкций собеседника, неуверенно кивнул и, кашлянув, попытался продолжить объяснения.

– Наш полк был уничтожен, – на сей раз слово подобрать ему удалось быстрее и легче, – Я и Фридрих остались живыми, бежали. Он был очень ранен, я хотел помочь… Фридрих – мой друг, мы друзья еще до войны. Когда она началась, мы сначала были в разных… – он пошевелил пальцами, ища нужное слово и неуверенно продолжил, – Полках.

Потом нас перевели в один. Он был ранен, я хотел спасти его, увел с… поля боя. Мы шли сквозь лес, я все время слышал войну, – парень тяжело вздохнул, – Потом вдруг звуки исчезли. Мы увидели башню среди камней, над ней было две звезды. Со сторонам… – он сообразил, что сказал неправильно и смущенно улыбнулся, – Мы были внутри, Фридрих услышал голос. Он говорил – это ребенок, пошел вниз. Я с ним. Там… – здесь его передернуло, – Там были кости, много костей! И тот ребенок. Фридрих пошел к нему, поднял… Мне не понравилось. Я спросил, кто он… – Вольфганг нахмурился, припоминая ответ, – Он сказал… Сказал, он «темпор», но я не знаю… У меня в голове закружилось, я упал. Наверное. Когда проснулся – вы.

Рассказ закончился; рассказчик перевел дух и, окинув слушателей виноватым взглядом, пожал плечами. Говорить по-русски, да еще и говорить так долго, объяснять то, чего не понимал и сам, ему было еще трудно.

Ребята молчали, изредка переглядываясь, размышляя над странным рассказом, пытаясь вычленить для себя из него хоть какое-то рациональное зерно.

Тата почесала в затылке и, хмурясь, подняла взгляд на ожидающего вердикта парня.

– Темпор… – медленно повторила она, – Кажется, в итальянском tempo – это «время»…

– Типа «временщик»? – Пашка хмыкнул и, куснув себя за губу, развел руки в стороны, – Хотя это сразу все объясняет, конечно. Какой-то ребенок, который решил поиграться со временем.