Хренодерский переполох

Она была высока, с приятными округлостями и носила блузы с глубоким вырезом, приоткрывавшим соблазнительные окружности грудей. За ее юбку, отороченную кружевом, держалась маленькая рыженькая дочка.

– В чем же мы виновны?! – возмутились все разом.

Особенно громко кричали те селянки, чьи мужья зачастую слишком долго пялились в ее вырез.

– Так мы для ведьмы даже кота пожалели. А она девка молодая. Ей тоже женского счастья хочется.

Женщины взволнованно загалдели. Это как раз они понимали. Женского счастья хотелось всем.

Матери с детьми невольно потрепали своих чад по макушкам или прижали младенцев к груди. Одинокую Светлолику стало жаль. Но жертвовать ради ее женского счастья своими сыновьями никому не хотелось.

– А ведь мы все ей обязаны своим счастьем, – гнула свое Алкефа.

– Чем это мы ей обязаны?! – загалдели собравшиеся.

– А как же. Из-за нее даже бабка Дорофея замуж вышла, – радостно продолжала рыжая похитительница мужских сердец.

Бабка Дорофея, которая с недавних пор ходила в молодых женах и на все вопросы о скоропалительном замужестве шепелявила: «Это я хожу плохо, а полежать за себя еще могу», – кокетливо захихикала.

– Да, бабоньки, – поддержала Алкефу Параскева. – Вспомните, как раньше было: мужчины старались жениться только в крайнем случае, и то, если пожаловаться жрецу на совращение, а теперь женщин расхватали, как горячие пирожки. Настал наш черед помочь ведьме обрести счастье. Если не сделаем этого сейчас, она может нас покинуть. Что тогда делать будем? Посевная на носу!

Все загудели.

Помочь ведьме хотелось. Но кто должен пожертвовать своим чадом для лесной отшельницы? Одно дело сочувствовать и совсем другое – собственноручно отдать родное чадо на растерзание ведьме.

– Волчья слобода! – Слова бабки Рагнеды прозвучали как гром среди ясного неба.

Женщины разом замолкли. Надо отметить: чтобы заставить молчать столько женщин разом, необходим талант. И у бабки Рагнеды он был. Хотя и название Волчьей слободы, которой пугали детей («вот будешь себя плохо вести, отдам тебя в Волчью слободу»), сыграло не последнюю роль.

Волчьей слободой называли поселение двуипостасных в Безымянном лесу, чья вторая ипостась была волчьей. С ними сосуществовали вполне мирно, никто к ним не лез, и они в людские дела не мешались. Зато нежить не так сильно беспокоила, и в этом был несомненный плюс такого соседства.

– Кто-то должен сходить в Волчью слободу и предложить им выдать нашу ведьму за какого-нибудь холостого волка.