Эльфы до добра не доводят

– Подождите! – Путь к отступлению преградила массивная туша в кожаном переднике с мясницким ножом наперевес. – А как же плата за обед?

Интересный вопрос.

– Какая плата, милейший? – удивленно изогнула бровь я. – Мы сполна расплатились за свою яичницу.

Мужик упер руки в боки и навис надо мной, как волк в басне над беззащитным ягненком.

– Парни, между прочим, ели и пили. К тому же вы изволили сломать мебель. Интересно, кто за это будет платить?

Я с сомнением уставилась на «парней». Все деньги мы у них забрали.

А что еще ценится в игре, понятия не имею.

– Возьмите их сапоги или, на худой конец, меч…

При взгляде на вышитые кожаные казаки глаза трактирщика стали маслеными. Видимо, предложение ему сильно понравилось. Я не стала ждать, пока он вспомнит еще чего-нибудь, и попыталась продолжить свой путь, но не тут-то было. Мужик таки вспомнил. Он снова загородил дорогу и поинтересовался:

– А как быть с головой?

– С какой головой? – непонимающе нахмурилась я. – Мы никакую голову не заказывали…

– Как ни странно, я тоже.

Однако вон та доходяга сочла своим долгом притащить эту дрянь в мое заведение… А она, между прочим, быстро портится. И что мне прикажете с ней делать?

– Да что вам будет угодно, – я пожала плечами, совершенно не понимая, что он, собственно, от меня хочет. – Да хоть в бочке засолите, мне-то что?

– Помилуйте, какая бочка? Скоро здесь вонь поднимется такая, что хоть святых выноси! Да ко мне ни один уважающий себя клиент не подойдет!

– Все действительно так плохо?

Хозяин трактира и принцесса закивали слаженным дуэтом.

Надо же. Совершенно незнакомый народ, а такое единодушие… Или они встречались раньше? Например, на каком-нибудь слете игроков.

– Хорошо, – великодушие сочилось буквально с каждым словом. – Я сделаю вам приятное… В конце концов, яичница была недурна…

Трактирщик подался вперед, ожидая дальнейших слов, как заключенный приговора суда присяжных.

– Пожалуй, памятуя о ваших высоких заслугах на поприще кулинарии, я сделаю вам одолжение и… заберу голову, скажем, за три золотых.

Трактирщик издал звук, словно селезень подавился зерном: он выпучил глаза и закашлялся. Подошедшая к нам незнакомка иронично улыбнулась из-под капюшона. Она мне положительно нравится. Думаю, стоит с ней поделиться. Голова-то доставлена ею.

– Грабеж… – прохрипел мужик, багровея на глазах.

– Как знаете, – пожала плечами я и попыталась продолжить путь, обогнув по окружности эту глыбу жира.