То, что ты скрываешь

Ее школа за углом, она сама добирается до дома. Мне скучно. И да, мне нужны мои собственные деньги, – говорю я.

– Хорошо, я подумаю, – говорит он и буквально вползает в ванную комнату.

– Дорогой, и никакой ванны, понял? – кричу я вслед, но, не получив ответа, ухожу спать. Юджин всегда держит слово. И я думаю, он не будет против, что я буду работать в его фирме.

Когда я уже начинаю дремать, чувствую страстное обжигающее дыхание около своего уха.

Муж нетерпеливо стягивает с меня шелковую пижаму, которую сам мне не так давно купил, и, вжимая меня в постель своим телом, страстно целует в губы.

Я все еще не проснулась окончательно, пребывая в сладких грезах, но чувствую, как начинаю возбуждаться.

– Милый, ты же устал…

– Для тебя у меня всегда найдутся силы… Я так соскучился… – шепчет он, целуя мою шею. После этого он нависает надо мной, раздвигаю коленом мои ноги. Я послушно обвиваю ими его бедра, и чувствую, как что-то горячее нетерпеливо врывается внутрь.

– Милая…

– М…

Я лежу на боку, спиной к нему, все еще не до конца отойдя от нашей близости.

Юджин гладит мою попу, бедро и живот.

– Ты не беременна?..

– Определенно, нет, – отвечаю я и боюсь его разочаровать.

– Я тут подумал, может, нам и не стоит заводить второго?

А я-то думаю, чего это он сегодня решил предохраняться…

– Почему? – удивленно спрашиваю я, стараясь скрыть свое разочарование. Вообще-то я надеялась на ребеночка…

– Я не очень хороший муж… – говорит Юджин.

 – Вечно работаю… Меня дома почти не бывает… Да и внешне я не очень красивый… Хорошо Холли вышла красоткой… А если второй будет такой же некрасивый как я?

С чего это он вдруг заговорил об этом?

Внезапно вспоминаю наш с мамой разговор. Неужели, он все слышал?

Не может такого быть!

– Милый, ты чего? – обеспокоенно спрашиваю я.

– Да так, ничего! – говорит Юджин, переворачивает меня на спину и легко целует в губы, улыбаясь. Но почему-то мне кажется, в глазах его печаль, хоть я и не вижу этого из-за темноты.

Я всегда знаю, что он чувствует. Не знаю, как это работает, но иногда, когда ему грустно, мое сердце тоже сжимается от печали.

– А ты, что, хотела ребеночка?

Хотела. Но я только молчу в ответ.

Кто знает, может, он потом еще передумает?

Мы снова занимаемся любовью. Кажется, я уже в конец вымотана.

– Дорогая…

– Да, милый…

Он никогда не разговаривает со мной, в самый ответственный момент.