Ловушка менталистов

Слова друга постаралась не брать во внимание, не хотелось даже думать о том, что взрывы повторятся. Фиалка, Розочка и Ирис суетливо дрыгались, жалуясь защитнику на раны и боль.

– Так! – Рявкнул на них полукровка-вампир. – Что вы распрыгались, как блохи на батуте! Что-то серьезное есть?

Феечки поникли, не ожидая грубости от него. Обычно Роудсон очень обходителен с десаями, но и сейчас его можно понять – казино пострадало не меньше. Вряд ли император выделит деньги на восстановление злачных мест.

– Нет, просто испугались, – немного возмущенно высказалась Фиалка.

– Идем, оценим все. Блэр, ты как? – друг посмотрел на меня. – Справишься?

– Конечно, иди, – отправила того восвояси. У него у самого теперь проблем по горло.

Глава 2

Уильям Сеймур

Очнувшись, так и не понял, как оказался на кровати в дежурной хижине стражей. Вчера я был готов умереть из-за какой-то свиньи в лесу, а виной тому моя «бракованность». Не могу перевоплотиться в дракона, как бы не старались лучшие лекари Аридии.

Только у одной девчонки худо-бедно получалось, но и та уехала в небольшое путешествие, поэтому наши сеансы прервались. В тяжелой битве моя ипостась пострадала, оказавшись в плену темной хаоситской магии. Я чувствовал зверя, но не мог совершить оборот. Это очень угнетало воинский дух – некоторое время после произошедшего, я провел в пьяном угаре и разлагался как мог, пока мой друг и по совместительству главный дознаватель в стране не привел юную целительницу.

Потрогав себя за раненое место, осознал, что кто-то аккуратно обработал бок, перевязав и смыв запекшуюся кровь.

Принюхавшись, почувствовал запах еды. Это ли не чудо? Что произошло со мной за несколько часов? Кто меня спас?

Тяжело поднявшись, так как все еще испытывал дискомфорт, прошел по небольшой комнате, внимательно осматривая все вокруг. Должен же благодетель оставить хоть какой-то след? А не только кастрюльку супа и жаркое из дичи. Но пахло, правда, приятно и вкусно. Вряд ли меня попытаются отравить, раз донесли до этого места? Как только отведал первую ложку, голову словно ударили бревном.

Воспоминания полились рекой, больно отдаваясь в висках.

Разъяренный вепрь, ливень, дикая слабость и усталость, смирение с судьбой, а потом чей-то женский голос и кудахтанье. Вспомнил и жуткую лихорадку, от которой все тело выкручивало, будто я уже прощался с жизнью и уходил к Морте, но от последнего шага в бездну меня удержала белокурая девица.