Пепел. Хроники земли Фимбульветер

Было еще несколько случаев… Это явно не мог сделать человек! Потому мой племянник и решил пригласить вас.

– С призраком ясно. Но при чем тут хронист?

– Я хочу, чтобы вы просмотрели летописи замка. – Вернувшийся Харальд тяжело оперся кулаками о стол. – Вычислили того, кем наш призрак был при жизни. Тогда, быть может, удастся понять, почему он привязался к Урсуле.

Проведя некоторое время в библиотеке, даже если не рассматривать внимательно книги на полках, можно многое понять о хозяевах дома.

В замке Мёнлус не водилось особых книгочеев, но порядок в библиотеке поддерживали.

Рабочий стол для меня собрали быстро и толково. Листы коры серого дерева, перья, бутылка чернил, лампа. Даже стул с мягким сиденьем и высокой спинкой кто-то заботливо отодвинул ровно настолько, чтобы удобно было сесть.

Харальд переминался в дверях.

– Хроники там. – Он указал на несколько сундуков, стоящих вдоль стены. – Боюсь, беспорядок среди них страшный. У нас летописями занимались все кому не лень.

Или не занимался никто. Если что-то понадобится, говорите любому из слуг, но лучше всего Биргеру. За хозяйским разрешением – ко мне, дядюшке Освальду или Урсуле. Она моя невеста. – Голос Вермъера чуть изменился. – Сейчас что-нибудь… Слушайте, может, на «ты»?

– Хорошо.

– Ну и хвала Драконам! – обрадовался Харальд. – Ты не обижайся, но не могу я человеку моего возраста выкать. Так сейчас что-нибудь спросить хочешь?

– Да. Харальд, где все? Ведь в замке должно быть больше людей?

– Как ты догадался? – Хозяин Мёнлуса больше не улыбался.

– Стол. Слишком длинный для тех, кто сегодня сидел за ним. Сделан недавно из целой доски. А ведь дерево дорого, и каждое лишнее финге серьезно увеличивает цену.

Харальд сдержанно кивнул.

– Потом – сам замок. Извини, но он выглядит неухоженным. Снаружи видно, что большая часть окон грязные до невозможности, но при этом некоторые прямо сверкают. В комнатах, где сейчас живут люди? Так бывает, когда стараются поддерживать порядок, но сил на все не хватает.

Заплатки, как бы аккуратно и любовно ни были они нашиты, все равно заметны. Значит, мало слуг.

– А если здесь живут сплошь бездельники и неряхи, которые работают, только когда над ними стоишь с палкой?

– Я рос в замке, знаю, как в подобных местах любят новизну. Стоит появиться свежему человеку, и на него в течение часа явятся поглазеть все. Любые предлоги измышлять будут, сто нагоняев получат, но примчатся.