Орденец

– Подпустишь – растерзают!

– Что делать?

– Просто руби. Сам не знаешь? Присылают фунс знает кого!

Нечисть решила взять нас числом. Если, конечно, была способна к организованным, да и просто к осознанным действиям, а не просто стремилась как можно скорее добраться до лакомой добычи. Лезла так плотно, что мне казалось, я по пояс провалился в колотый, топорщащийся острыми осколками шевелящийся лед.

Визг и завывания перекрывал голос Асмолда, громко поносящего врагов. Никогда не думал, что буду радоваться площадной брани.

Однако если я слышу недавнего противника, значит, он жив, сражается.

Вердъальв был прав, когда велел рубить нечисть. Попасть в юрких мельтешащих гадов прямым выпадом было почти невозможно, а от удара гранью клинка они распадались на куски, словно вылепленные из снега. Но слишком много их окружало нас, слишком злы и проворны они были. Я рубил наседающую нечисть шпагой, отбрасывал сапогами и свободной рукой в перчатке. Знал откуда-то, что если хотя бы один карлик вцепится острыми изогнутыми когтями, то все, смерть.

Нас с Асмолдом растащат, набросятся скопом, растерзают.

В общем колышущемся месиве уже нельзя было отличить живых врагов от порубленных. От воплей и визга сотрясались, казалось, стены замка. Почему же оттуда никто не придет к нам на помощь?

Глухой утробный вой, не звериный, а подобный жуткой песне ветра в трубе, разнесся над Вердгардом. И, словно услышав приказ, карлики разом оставили нас, бросились к стене, принялись карабкаться вверх по холодным камням.

Минута – и двор замка был пуст, только мы с Асмолдом стояли рядом.

– Отбились! – сплюнул Вердъальв.

– Отбились. А своим помогать у вас не принято?

– Слушай, ты точно орденец? – Асмолд смотрел на меня мрачно, но без прежней злости. – Простых вещей не знаешь. Или за нежелание учиться выгнали? Это же пустошные тролли. Когда они нападают, все двери должны быть заперты. Если прорвутся в дом, хана всем, а не только тем, кого настигли на улице. Прожорливые, гады. Рвут всех, кто движется.

– И часто у вас такие пляски?

– Нет.

Эти за тобой притащились.

– Что, орденцы, с их точки зрения, особенно вкусны и питательны?

– Живого… Живых учуяли. Пустошные тролли следуют за Ледяной Девой, а когда она приходит, редко кто из людей топчется во дворе. Идем в тепло.

– Считаешь поединок законченным?

Асмолд резко схватил и поднял мою правую руку. В горячке боя я не заметил, но ткань рубашки была заляпана кровью. Какой-то тролль укусил меня сквозь рукав.