Орденец

А от лужи явственно тянет крепким запахом мясного бульона. А чем еще должна пахнуть вода, образовавшаяся изо льда, в который был обращен человек?

– Эй, что случилось?

Рядом с Ториром, прижимая локтем мороженую свиную ногу, стоял Браги. Живой и целиком, но очень недовольный.

– Чего вам тут надо? – непочтительно спросил он, обводя семью хозяина замка сердитым взглядом. – Идиот Сёльви опрокинул кастрюлю с супом, так что одна фунсова теща знает, когда мы теперь будем ужинать.

Придется жарить. – Он бросил глухо стукнувшую свиную ногу на разделочный стол, еще раз мрачно оглядел присутствующих и протянул руку ко мне: – Поварешку отдай.

***

– Асмолд, сколько на кухне входов-выходов?

– Один.

– Как тогда повар мог уйти незаметно?

– Считаешь, что Браги нечисть? Ледяная тварь, которая целыми днями орудует у раскаленной плиты?

Я ничего не считаю. Ничего не знаю и не могу понять. Является ли нечисть извне, или угнездилась в замке, приняв вид одного из здешних обитателей? Убивала ли она в прежние годы, или впервые вышла на охоту только сейчас? Почему люди, заинтересованные в поимке твари, не хотят мне помогать, явно темнят и недоговаривают? Кто, в конце концов, свистнул бестиарий?

Замок Вердгард и его обитатели не желают выдавать свои секреты.

***

День прошел впустую. В Южной башне делать было вроде как и нечего, я слонялся между крепостной стеной и цитаделью, пытаясь отыскать несуществующие следы, после хотел отловить хоть кого-нибудь из жителей замка, но тщетно.

Даже «воскресший» Браги исчез из кухни в неизвестном направлении. Как может относительно небольшое количество людей попрятаться в пределах одного замка так, что никого не найдешь? А главное – чего ради?

С Асмолдом и Ториром я разговаривать не хотел – вряд ли узнаю что-то новое и полезное. Единственным человеком, кто мог мне помочь и кому я доверял, была Керна.

Но как к ней теперь подойти? Фунс бы взял Асмолда и его ревность! Я готов драться хоть на пяти дуэлях, не страшно, но очень не хочется портить жизнь славной девушке.

С горя я отправился на кхарню проведать Скима. Стоял, задумчиво поглаживая белую «звездочку» на лбу быка, как вдруг мне в плечо ткнулся мягкий пофыркивающий нос. Важенка! Они меньше, изящнее быков, и рога у них не торчат пиками, а изогнуты наподобие дужек ухвата.