Орденец

То есть на закат, полдень и восход смотри, сколько хочешь, можно даже различить штандарт, развевающийся над Рокхеймом, а на полуночи взгляд будто упирается в стену – невидимую, но непрозрачную. А у самого края этой стены скручиваются колючие завитки начинающейся вьюги. Торир говорил, что здесь как вечер, так за дверь уже не выйдешь.

Жуткая рожа: белесая, угловатая, с острыми оскаленными зубами – вдруг возникла перед самыми глазами. Я невольно отшатнулся, чуть не выронил подзорную трубу. Фух, никого. Да если какая-нибудь нечисть и пролезла на башню, увидеть ее близко я бы все равно не смог.

Перевернув подзорную трубу, осторожно стер несколько налипших на линзу снежинок. Странный эффект дает порой увеличивающее стекло, очень странный.

***

– Хеск?..

Голос нежный, девичий. А какому еще звучать на темной лестнице, спиралью закручивающейся внутри смотровой башни, правда?

Запрокинув лицо, она стоит несколькими ступенями ниже. Высокая, худощавая, чем-то похожа на Хельгу. Даже коса ненамного тоньше, только сестра свою скручивает на затылке в «розу» или же, когда дома, позволяет свисать свободно, а у незнакомки волосы уложены вокруг головы короной.

И еще: хесса Къоль кажется не знающим ее людям холодной, надменной и властной, а от девушки из замка Вердгард исходят душевная теплота и дружелюбие. Я не могу в полумраке разглядеть ее лицо, понять, красива ли она, но этого и не нужно. Голос, интонации, то, как она стоит, опершись о перила, уже хвалят ее. На таких девушках охотно женятся, а если это по какой-то причине невозможно, берут в любовницы надолго, часто до конца жизни. Их красота раскрывается не сразу, но, если раз сумел рассмотреть, не полюбить уже невозможно. Такова и моя Герда.

– Хеск? – неуверенно повторила незнакомка.

– Ларс Къоль, к вашим услугам.

– Я Керна Вердъальв, племянница дя… хеска Торира.

Тихий, лишь обозначенный смешок – ее саму позабавила едва не допущенная ошибка. Племянница дяди. Если и так, то не самой близкой степени родства: Вердъальвы вроде темноволосые, а у Керны косы белее снега.

– Хеск Ларс, вы правда рыцарь Багряного Дода? Простите, я не знаю, как правильно называть.

Если вспомнить Кетиля, то воин. Но быть рыцарем мне нравится больше.

– С недавних пор – да.

– Вы ведь найдете того, кто убивает людей?

В голосе надежда, искренняя вера в отважного витязя-спасителя.

– Я… Я сделаю все, что смогу.

– Спасибо! – такая же чистая неподдельная радость.