Время щенков. Хроники земли Фимбульветер

Гида и на меня иногда посматривает и улыбается, и от улыбки этой странной делается не по себе, приятно, но тревожно. А Хельга сердится.

Сейчас, не смотря на то, что день, время для покупок не самое популярное, у прилавка томятся несколько щеголей. Гида, глядя мимо них огромными голубыми глазами, задумчиво сматывает блестящую атласную ленту.

Герда, потрясенная великолепием кондитерской, замерла на пороге, но я за руку потянул ее дальше, во вторую комнату.

Здесь, в булочной, все проще и уютней.

Золотятся поджаристые корочки хлебов и кренделей, вкусно пахнет свежей выпечкой, побулькивает трехведерный самовар с барком. Хозяйка, Тора Хольм, любого посетителя встречает приветливой улыбкой. Она сама похожа на булочку – пышная, румяная, золотоволосая. Добрая. И нравится мне Тора куда больше, чем изящная Гида.

У булочницы был сейчас только один покупатель. Продубленный Белым Полем караванщик, облокотившись о прилавок, с веселым любопытством наблюдал, как Тора кормит Вестри печеньем.

– Ваша псинка, хеск хронист? – дружелюбно обратился он ко мне. – Не пропадет. Эх, кто б меня из таких ручек покормил!

Сдобная вдовушка Тора многозначительно усмехнулась, быстро взглянула на покрасневшую Герду и придвинула к самовару четыре кружки.

– Гест Гастис, – представился бородач, слегка поклонившись. – Купец из Снебьярга.

– Ларс Къоль, хронист Гехта.

Торговец не спросил, из какого почтения вурд подался в хронисты да еще в столь молодые годы, только кивнул, запоминая.

Я думал, что Герда застесняется незнакомых людей, и представлять ее придется мне, но ученица Флорансы довольно бойко назвала себя.

Тора, улыбаясь, наполнила кружки барком и поставила на прилавок блюдо с плюшками.

– Как вас наш старый Ральф, не совсем заболтал? – спросил, отпив барка, Гест Гастис. – Каюсь, в ратушу следовало пойти мне, но или дела торговые, или известия потомкам. Кстати, что нового в славном городе Гехте?

– Расскажи, Ларс, – поддержала торговца Тора.

 – Я заодно послушаю, что не знаю. Но сначала плюшки и барк!

Когда с угощением было покончено, все выжидающе воззрились на меня. Я призадумался. Недаром Торгрим Тильд говорил, что хрониста часто считают главным сплетником города. Что же рассказать? Про нападение на Герду ни за что не буду. Про то, что Кори ловит пакостника, мусорящего на улице? Кори… Хлына… Я и забыл про нее, а ведь хотел поглядеть в хрониках.