ЖЁЛТЫЙ ДОМ. Парижский детектив

На вырученные средства Элоди купила дом, что бы спокойно там встретить старость и предаться новой страсти – литературе.

Вилла Менетре соседкам по вкусу не пришлась. «Сумасшедшая б…», по их определению, приказала покрасить здание в кричаще-желтый цвет. У ворот дежурила карета с желтой обивкой. Элоди выходила на прогулку в платье эпохи Людовика XVI, но без шляпки и с причудливой прической из волос, выкрашенных в зеленый цвет. На поводке – Риголо, плюшевыйбишон фризе, в атласном костюмчике. Каждый день – другого цвета.

Богобоязненные кумушки наняли отпетого разбойника и купили бочку керосина. Однако, пожар не задался. Неожиданный ливень сбил пламя, а поджигатель, перелезая через ограду, зацепился полой сюртука за пику, упал и сломал шею.

Элоди позволила полицейским и пожарным ходить по комнатам, заявлять о происшествии не стала. Соседок простила. Оплатила лечение незадачливого инвалида и внесла в кружку церкви Сен-Луи значительную лепту. Кюре провел с прихожанками беседу, напомнив притчу о заблудшем сыне, Магдалине и грешнице, омывающей и целующей ноги спасителя.

«Когда делают возвращение к Богу из страха, то умышленные грехи превращаются в промахи. Когда делают возвращение к Богу из любви, то умышленные грехи превращаются в достоинства» – кюре так грозно вещал с кафедры, нежно поглаживая толстое портмоне под сутаной, что участницы заговора прониклись и устыдились. Напоследок, о христианском благочестии Менетре газеты опубликовали развернутый очерк. В Виллемомбле, на улице Сен-Шарль установился мир.

В известное место и направился Рул-Волк Шатенеф в двадцатиместном омнибусе, заняв крайнее место на втором этаже. Небольшое путешествие без крыши украшал солнечный теплый день и напротив – миловидная девушка с летним зонтиком, кофром, саквояжем и картонкой для шляпы.

Элоди Менетре

Девушка выходила на той же остановке, что и Рул. Репортер, улыбаясь, помог ей снять вещи и вызвался донести багаж до дома. Удивительно, но юную особу так же интересовал Жёлтый дом. Она уверенно пошла к флигелю.

– Вы очень любезны, месье! Спасибо! Оставим вещи на улице, тетя мне поможет.

Хрупкая, застенчивая, с невинным взглядом и черными кудряшками, по озорному, посыпавшимися из шляпки при грациозном наклоне головы. Двери флигеля открылись, в проеме показалось неприветливое, изможденное лицо тощей пожилой женщины. Рул отложил знакомство на время, догадываясь, по какой надобности приехала девушка.

Хозяйка встретила гостя радушно.