Три грации

Может кому-то и покажется невзрачным и не стоящим внимания, на самом деле там много интересного. У нас даже есть памятник Дон Кихоту, – рассмеялась она. – Его не опишешь, надо видеть воочию. В истории, – задумчиво продолжила девушка, – также оставил свой неизгладимый след. После строительства здесь оборонительной крепости, защищал южные границы от кочевников. Был столицей Белой России в годы Гражданской войны под предводительством самого Колчака. Да многим чем.

– А твой? – устремила свой захмелевший взгляд Ингиелла на меня.

– Город-оружейников, – улыбнувшись, ответила ей. – Не миллионник, но все же. Пряники, самовары, Левша, подковавший блоху, Лев Толстой, также оттуда родом. Вот мне, как и Оливии, хотелось свинтить оттуда в столицу, а теперь все бы отдала, чтобы погулять по кремлю и заглянуть в музей оружия, чтобы еще раз попытаться рассмотреть подкованную Левшой блоху. Его могила находится недалеко от дома моих родителей.

Мы грустно замолчали, прихлебывая пиво, каждая уносясь в своих мыслях далеко-далеко на родную Землю.

– Да, девочки, – усмехнулась Оливия, – грустный праздник какой-то.

– Точно, – поддержала я. – Это потому, что мы дома сидим. Айда гулять!

– А пошли, – радостно встрепенулась Ингиелла.

Быстро собравшись и тихо хихикая под действием выпитого, мы спустились по веревке со второго этажа, не забыв сотворить заклинание, стирающие наши следы на свежевыпавшем снегу, побрели в сторону полянки у ручья, не забыв прихватив с собой пузырики с пивом, проткнув аккуратно наколдованными соломинками.

– Нет, девочки, – встала, как вкопанная, впереди идущая Оливия, из-за чего мы, не успев остановится, врезались в нее с Ингиеллой, завалились все трое в небольшой сугроб, так как на ногах стояли уже не достаточно уверенно.

– Ты чего так резко тормозишь? – смеясь, спросила у подруги Ингиелла.

– А вы чего не смотрите куда идете? – также весело ответила лежащая в сугробе Оливия.

Весело хохоча, мы валялись в пушистом снегу, закидывая им друг друга. Наконец поднявшись, мы с Ингиеллой хотели продолжить свой путь, но Оливия нас остановила.

– Девочки, – протестующе заныла она, – что мы там у этого ручья делать будем? Опять предаваться воспоминаниям?

– А что ты предлагаешь? – заплетающимся языком спросила я. – Тут клубов нет, пойти некуда.

– Тут есть место, – зашептала она, – куда никто никогда не ходит. Пойдемте посмотрим, что там такого страшного.

– Пошли, – пьяно улыбнувшись, проговорила Ингиелла. – Чего мы теряем.