Проклятие с шипами

Я хочу увидеть, насколько она искренна.

– Полагаешь себя детектором лжи, Хеджхог? – Арчибальд вежливо изогнул бровь и, глубоко вздохнув, окинул кабинет еще одним, долгим и оценивающим взглядом, – Вижу, присесть мне на этот раз некуда. Что ж… Если в вас нет уважения и жалости к недавно покинувшему больницу человеку – хорошо. Моя просьба остается прежней, Доминик, – я прошу о помощи незнакомому мне человеку, лежащему в больнице Чикаго и умирающему от яда. Кевин попросил меня, чтобы я обратился к тебе, и я делаю это исключительно по его просьбе, ибо самому мне даже беседа с тобой невероятно отвратительна, – он вздохнул и, потерев переносицу, продолжил, – О Кевине ходят слухи, будто он лечит прикосновением, но, видимо, это не так – спасти этого человека он не в силах и очень переживает из-за этого.

Узнав о тирвасе и о том, на что способна его кровь, он вновь обрел надежду и очень хочет испытать это, последнее средство… Итак. Согласен ли ты, Доминик Конте, оказать помощь незнакомцу и спасти его жизнь? Согласны ли вы все на это?

Дерек тяжело вздохнул и, запрокинув голову, устремил взгляд на потолок, слабо усмехаясь.

– Смех и грех… В словах убийцы я слышу упрек нам в неоказании помощи, – он опустил голову и слегка ею покачал, – Как же ты умеешь все передергивать, Арчи! А между тем, мы имеем полное право не доверять тебе и подозревать в неискренности, лишь поэтому сомневаясь в необходимости оказывать помощь. Может быть, там нет никакого человека? Может быть, это всего лишь твоя очередная ловушка?

Молле равнодушно пожал плечом.

– Может быть. Но можно поверить мне на слово и не дать умереть человеку, а можно прожить всю оставшуюся жизнь, сознавая, что не пожелали его спасти…

– В моей жизни это будет не первая жертва, – Еж неопределенно махнул рукой, – Как и в твоей. Ни к чему прикидываться добрым самаритянином, имея пистолет за поясом, Арчи.

Альфа хмыкнул и, откинув полу пальто, хладнокровно продемонстрировал действительно заткнутый за пояс пистолет.

– Как обычно, наблюдателен, Карл.

Молодец. Признаться, я пытался надавить не на твою совесть, а на совесть братьев Конте, да и, пожалуй, моего старого приятеля Тедерика Янга… – острый взгляд преступника на несколько мгновений уперся в моментально напрягшегося Дерека, – Впрочем, это не так уж и важно. Если мои попытки оказались напрасны – что ж, вернусь в Чикаго и сообщу Кевину о неудаче, но более унижаться и умолять вас о помощи незнакомцу не стану. Завтра в десять я буду в аэропорту Кеннеди.