Моё счастье в твоём

Хотя в ушах до сих пор звучали обидные слова и противный смех, ей стало хорошо и тепло оттого, что она дома и рядом тот, кто всегда поддержит.

Она вспоминала, как, с силой открыв занавеску душевой, накинулась на ничего не подозревающую Лизу. Сейчас ей даже стало немного жалко блондинку. Наверное, та про себя прокляла всё на свете, осознав, что наговорила гадостей про человека, который находился в это время в паре метров от неё.

– Значит, вы голые там дрались, что ли?! – начав представлять эту картинку, Лика захихикала.

 – Ну ты даёшь, сестра! Всегда задашь трёпку обидчику.

– Так, только не надо теперь всю жизнь вспоминать это и рассказывать всем, что я накинулась на голую блондинку в душе. Я, вообще-то, была в полотенце, правда, оно всё промокло. Но, самое главное, что, когда я ворвалась, а она обернулась, я увидела такой ужас в её глазах, что тебе и не снилось. Она ещё сразу начала орать: «Ненормальная, ты что делаешь», а я хотела ударить её по лицу, но она стала размахивать своими длинными руками, а потом отвернулась, чтобы закрыть воду.

Тогда я вцепилась ей в волосы, а у неё они, кстати, тоже длинные. Боже, она так орала! Хотя я, по-моему, тоже что-то кричала. Что-то типа: «Ты кого назвала страшной, овца», – высказалась Моника с довольной улыбкой.

Смех, который всё это время нарастал у Лики, вырвался наружу. Ей было так смешно, что она даже согнулась пополам. Представив эту, с одной стороны, ужасную, а с другой – забавную картину, в которой её маленькая и милая на первый взгляд сестра впивается в волосы длинноногой красотке, Лика попыталась произнести сквозь смех:

– Ника… это же жесть… как ты… как ты вообще додумалась до такого!

Моника засмеялась вместе с ней.

– Блин, я тебя обожаю, – сказала Лика.

Она встала, подошла к Нике и присела к ней на кровать. Ей захотелось обнять эту маленькую, но такую храбрую драчунью. Ей вспомнилось детство – она нередко разнимала сестру с каким-нибудь соседским мальчишкой.

– Подожди, а что потом-то? – не разнимая объятий, она тревожно посмотрела Нике в глаза.

– А потом… Когда вокруг уже другие девушки собрались, а подруга этой Лизы оттолкнула меня, я её наконец отпустила. Долговязая увидела, что у меня в руках клок её белобрысых волос, схватилась за голову и выбежала из душа. Когда я вышла в раздевалку, то увидела, что она стоит у зеркала и что-то истерично орёт. Она так рыдала, Лика… Увидев меня, она было кинулась ко мне, но подруга стала держать её.