Внутри меня зверь…

И сам голосовал за него после испытательного срока, думал, нужны нам те, кто помнит прежнее время. Ошибся. По крови своей потерянной и ярости, которая горло пережимает, вижу, что ошибся. А ведь так обыденно всё это началось, с глупости. Всё больше моей.

Глава 3. Кость.

Мы вернулись с Шаманом из патруля, живые и, как обычно, не увидев даже хвоста зверя. Я давно заметил, даже когда всё проходит без сучка и задоринки, природа сильно взвинчивает нервы и библиотека – домом родным кажется. Радость чувствуешь, что пришёл.

Мы с Шаманом просидели вместе весь этот вечер, он даже разговорился. Не знаю, что было причиной, может бутылка самогона, а может и этого молчуна пробирал иногда страх. Мы даже прогорланили, страшно фальшивя, пару старых давно забытых песен. Молодые оглядывались на нас, но скорее с улыбкой, нам можно, мы из патруля. Тем более внеочередного. А потом я предложил спор. Мало у нас развлечений, карты и шашки уже опостылели, хочется чего-то настоящего, жизненного. Он согласился. Быстро и не раздумывая, как будто давно готов был к такому предложению. Игра сама по себе простая, ставится задание и ты должен его выполнить. Причём выполнить обязательно, чего бы тебе это не стоило. В новом мире СЛОВО человека стало той единственной валютой, которой нельзя было падать в цене. А потом загадываешь желание сам. Правда, ведь не сложно? Особенно если считаешь человека практически другом. Когда он заговорил, очень тихо и чуть шепеляво, умолкли все. А у меня возник вопрос. За что ты меня так ненавидишь – Шаман? Смертной ненавистью, где я перешёл твою тихую извилистую дорожку? Но это всё так и осталось не спрошенным.

Пока не спрошенным.

Да и о чём тут говорить, если задание ерундовое, как забрать конфетку не нужную у ребёнка. Всего то, пройти на другой конец города и взять старую обглоданную кость у пса из миски. Вот только одно уточнение – у Пса из миски. Не путайте. Да и в этом нет ничего страшного – это ведь просто собаки. Но наши все знали и понимали.

Изменилось всё, даже эти друзья человека. Они последние, кто остались с нами, по собственной воле. Собаки ходили с нами в патрули и на охоту. Иногда оставляли свои кости на пустырях, после схваток с дикими, но чаще приносили добычу в семьи. А самого старого Пса я помню с очень давних времён. Он появился в наших краях сразу после гибели города и стал Вожаком. Не сразу конечно, а со временем, через десятков пять шрамов и разорванных глоток.