Черное облако души

– Шестой час, – сказала Надежда Сергеевна, глянув в телефон, и зевнула. Никита Кузьмич кряхтя сел на кровати и свесил ноги на пол.

– Ты куда? Рано ещё. Поспи.

– Пить хочется. Пойду попью.

– Там компот в холодильнике.

– Я лучше просто воды.

Надежда Сергеевна кивнула и легла под одеяло. Никита Кузьмич, шаркая тапками, вышел в коридор и побрел в кухню. Проходя мимо кабинета, он невольно прислушался, но из-за двери не доносилось ни звука. «Спит, – подумал Никита о Владе. – Конечно, спит, в ее возрасте все долго спят».

Он толкнул кухонную дверь и вздрогнул: в темноте за столом белел силуэт. Никита Кузьмич дрожащей рукой нашарил выключатель.

Вспыхнувшая люстра осветила Владу в коротенькой ночной рубашке, склонившуюся над телефоном. В ее ушах были наушники. Она растерянно смотрела на Никиту Кузьмича.

– Ты чего здесь? – Он подошёл к столу.

– Музыку слушаю. Думаю спеть эту композицию. Хочешь тоже послушать? – Она, не дожидаясь ответа, сняла наушники и воткнула их в уши Никиты. Его тут же оглушила дробь барабанов.

 – Ну как? – спросила Влада минуту спустя.

– Ничего, – неуверенно выдавил Никита Кузьмич. – А зачем ночью этим заниматься? Да ещё на кухне.

– Мне не спалось. Захотелось чаю. Я выпила и решила позаниматься немного. Я почти все время что-то слушаю. Не могу без этого. – Она обезоруживающе улыбнулась.

Только тогда Никита Кузьмич заметил на столе чашку с недопитым чаем. Он сел рядом с Владой, аккуратно сняв с себя наушники.

– Расскажи о бабушке, ну, о Марии.

Как она жила?

– Хорошо жила. Уроки частные давала.

– Одна? Ну, в смысле, без мужа?

– Мужа не было. Но имелся мужчина. Хороший. Они много лет жили вместе.

Никита Кузьмич нахмурился и замолчал. Потом не выдержал и снова поинтересовался:

– Как хоть она выглядела? У тебя есть фотографии?

– Нету. Бабуля не любила фоткаться. Говорила, в молодости красавица была, а сейчас старое чучело.

Никита Кузьмич невольно улыбнулся:

– Так и говорила?

– Ага.

– Это бабушка научила тебя петь?

– Она.

– Я сразу так и подумал. – Никита вздохнул и мечтательно поднял глаза к потолку.

– Дед, – тихонько окликнула его Влада.

– Что?

– Почему ты уехал тогда? Ты ж ее любил.

– Много ты понимаешь. – Никита Кузьмич решительно встал, налил воды в стакан и залпом выпил. – У меня в Москве семья была, жена, дети.

– Дети-то уже, поди, большие были к тому времени. – Влада посмотрела на него с ехидством.

Никита опустил голову.