Планета лжи

А что, если она сама уйдет? Переночует и была такова?

Олег почувствовал такой лютый страх, что шея и спина мгновенно покрылись липким потом. Нет, он не хочет, чтобы она уходила. Пусть остается. Он согласен делать для нее все, что способен. И ничего не требовать взамен. А там видно будет.

Олег открыл глаза и прислушался. В ванной тихо лилась вода. Почему-то этот негромкий, монотонный звук навеял на него невероятное спокойствие. Скрипнула дверь. Мягкие, почти беззвучные шаги наполнили коридор и тут же смолкли.

Снова жалобно пропела дверь. Тишина. Олег вздохнул полной грудью и вдруг, помимо воли, широко улыбнулся. Щелкнул выключателем и нырнул под одеяло.

3

Он долго не мог заснуть. Перед глазами все стояло лицо Наташи: огромные, влажные глаза, розовые губы, ямочки на нежных щеках. Он никак не мог побороть страх, что она вот-вот уйдет. Встанет, наденет плащик и лодочки и скроется за дверью. Олег напряженно прислушивался, но в квартире было тихо. Несколько раз он вставал и подходил к соседней комнате.

Дверь была плотно закрыта. Ни полоски света, ни звука. Очевидно, Наташа спала. Он не решился заглянуть внутрь, просто потоптался у порога и ушел восвояси.

Заснуть Олегу удалось лишь под утро. Ему снились странные сны, обрывочные, непонятные, запомнить их не удалось. Проснулся он от тихого шума за дверью. Первые несколько секунд Олег не мог понять, кто производит этот шум. Кто находится в его квартире? Потом он все вспомнил: вчерашний день, а особенно вечер. Значит, Наташа все еще здесь, не ушла!

Олег вскочил, точно его подбросила неведомая сила.

От резкого подъема голова закружилась, перед глазами поплыли зеленые круги. Он сделал пару глубоких вдохов, натянул спортивные штаны и майку и вышел в коридор.

Наташа была в кухне. Тихо позванивала посуда, что-то шипело на плите. Увидев Олега, она улыбнулась.

– Доброе утро. Я вижу, ты любитель поспать. Десятый час.

– Это жуткая рань, – сказал Олег и поспешил в ванную.

Он тщательно привел себя в порядок, принял душ, почистил зубы, побрился и побрызгался одеколоном, долго приглаживал непослушные вихры перед зеркалом.

Наконец внешний вид показался ему более-менее сносным и он осмелился выйти в кухню. На столе стояли тарелки с глазуньей, в чашках дымился кофе.

– Прости, у тебя в холодильнике шаром покати. Все, что нашла. – Наташа указала на яичницу.

На ней был халат матери, он на удивление хорошо подошел по росту и размеру. Мать тоже была стройной и длинноногой.