Планета лжи

Пустой желудок делал его нетерпеливым и раздражительным.

– Продай мне идею! Я тебе заплачу за нее… сто тысяч. Сто пятьдесят!

– Да брось. – Олег засмеялся. – Она не стоит таких денег. И ты не сможешь ее оформить и доработать. Для этого надо разбираться в астрономии.

– А ты разбираешься? – Валерка метнул на него быстрый и цепкий взгляд.

– Я разбираюсь, – кивнул он.

– Значит, не продашь? – Зимин разочарованно вздохнул.

– Да зачем тебе это надо? – удивился Олег. – Чтобы создать что-то интересное, нужно выносить свою собственную идею.

Это как… как у писателя или композитора. Сначала мысль в голове, и ты живешь с ней. Не торопишься, просто думаешь об этом все свободное время. И она становится все более яркой, обрастает подробностями, деталями. Ты уже не просто думаешь, а видишь ее. Говорят, композиторы слышат свою музыку от первой до последней ноты. Ты знал об этом?

– Нет, не знал, – рассеянно и небрежно отмахнулся Валерка. – И вообще, при чем здесь композиторы?

– При том, что никто из них не станет писать на тему, которую сочинил кто-то другой.

Разве что какие-нибудь вариации. Но я сейчас про другое.

– Про что? – Во взгляде у Валерки сквозило полное непонимание.

– Попробуй создать собственную идею. Выносить ее с самого начала. Вот чем ты в детстве увлекался?

– Я? В футбол гонял. С утра и до вечера.

– Ну вот и сотвори что-нибудь про футбол.

– Шутишь? – Зимин нахмурился. Лицо его стало отчужденным.

 – Футболом сейчас каждая собака занимается. Не вариант.

– Ну не знаю тогда. Попробуй садоводство. Девчонки обожают сажать всякие сады и строить фермы. На эту тему сейчас можно много чего нафантазировать.

– Иди ты со своими фермами. – Зимин махнул рукой. – Ладно. Тебя, наверное, шеф заждался. Иди, триумфатор, лови свою минуту славы. А я покурю.

Он больше ничего не сказал и, достав пачку сигарет, отошел в сторону. Олег кивнул, распахнул дверь и направился по длинному коридору прямиком к директорскому кабинету.

Перед тем как войти, он постучал.

– Да, – отозвался из-за двери голос шефа.

Олег шагнул за порог. Кабинет был большой и просторный. Шеф любил полумрак и свежий воздух, поэтому все окна были распахнуты настежь, но жалюзи при этом полузакрыты.

– Здрасьте, Вадим Васильич, – поздоровался Олег, проходя вперед, к огромному столу. – Я, кажется, обещал сегодня быть. Вот, пришел.