Ромео должен повзрослеть

Так теперь говорит она сама себе каждый день, просыпаясь утром.

У двери кабинета уже стояла стайка студентов, самые сознательные повторяли задание, уткнувшись в конспекты. Остальные весело болтали или торчали в телефонах. При виде Анны все оживились.

– Анна Анатольевна! Здравствуйте! Сегодня будет самостоятельная?

– Здравствуйте! – Анна повернула ключ и распахнула дверь. – Обязательно будет. Проходите.

Четвертый курс заполнял кабинет, рассаживаясь за столами. Анна прошла к кафедре, где на столе у нее в полном порядке были разложены стопки тетрадей, учебники, стояли ноутбук и стаканчик с карандашами, ручками и маркерами.

Она удобно устроилась в мягком кресле и оглядела класс.

– Примерно треть отсутствует. По каким причинам, интересно?

– По причинам первой пары, – подал голос толстяк с последней парты.

– Не поняла я твоего юмора, Круглов, – холодно сказала Анна. – У нас в этом семестре алгебра все время первой парой. И что теперь, не ходить на нее?

Круглов молча пожал плечами и уставился в стол.

– Предупреждаю еще раз – в конце года у вас экзамен, оценка идет в диплом. Кто-то хочет двойку в аттестате?

– Никто, – протянул нестройный хор.

– Я так и думала. – Анна, выбрав из стаканчика синий маркер, подошла к доске. – Это задание для самостоятельной работы. Пять пунктов. Кто справится раньше, тот может сделать еще два. Они будут в конце, за чертой.

– Тут до черты бы успеть, – недовольно пробормотал Круглов и опасливо покосился на Анну.

Она писала задание, маркер тихонько поскрипывал у нее под пальцами, в кабинете стояла сосредоточенная тишина.

Анна любила такую тишину, эти ранние утренние часы. Сейчас все, присутствующие в светлом и уютном кабинете, были как бы заодно. Анна знала, видела: несмотря на то что утро, хочется спать, ребятам интересно, они уже включились в работу. Она слышала тихий шелест мыслей… «Шелест мыслей». Так тоже говорил отец. Аня с мамой смеялись: как это мысли могут шелестеть? А он отвечал: «Могут. Особенно хорошо это слышно ранним утром». Потом Анна поняла, что он был прав. Когда стала сама преподавать, стояла у доски и смотрела на склоненные над тетрадями головы студентов. Тогда она и услышала шелест мыслей. Это было восхитительно…

Дверь кабинета открылась. На пороге возник долговязый юноша с копной отросших волос, почти закрывающих оба глаза.

– Можно войти?

Анна оторвалась от доски и недовольно посмотрела на прибывшего.

– Доброе утро, Дронов. Пара началась пятнадцать минут назад.