Ромео должен повзрослеть

Ань, этот придурок Тихон Павлович такое сейчас тут нес про тебя! Они дверь неплотно закрыли, и я слышала! Анечка, что ж это будет!

Анна, морщась, как от боли, с трудом дотерпела до конца Светкиного словесного потока. Надо же, как оперативно! Значит, уже идет допрос свидетелей. А Тихон Павлович, разумеется, имеет зуб на Анну: когда она только пришла в колледж, он пытался к ней подкатить, шептал на ушко, как у него с женой не ладится интимная жизнь. Анна сразу его послала, тут он ее и возненавидел. Тихо возненавидел, не демонстративно – на такое его трусливая душонка не была способна.

– Свет, – устало проговорила Анна, – во-первых, не кричи так, я не глухая. Во-вторых, не могут же все про меня говорить только плохое.

– Конечно, нет! – еще громче завопила Светка. – Я сказала, что ты моя лучшая подруга и замечательно ладишь с ребятами. А Инна Михайловна, та вообще чуть не расплакалась.

– Ну видишь, не все потеряно, – Анна усмехнулась. И сама себе изумилась: она еще и утешает Светку, хотя должно быть совсем наоборот.

– Ань, хочешь, я приду к тебе? – предложила она виноватым тоном.

– Спасибо, не сейчас.

– У тебя Клюев? – догадалась Светка.

– Да.

– Ясно. Его, кстати, тоже сейчас вызовут. Еще не звонили?

– Нет.

– Ну хорошо. Зеленина сказала, ты теперь будешь в учебной части работать. Ведомости составлять, отчеты всякие.

– Что скажут, то и буду делать, – согласилась Анна, – надеюсь, ненадолго.

– Ладно, Ань, держись. Я с тобой!

Анна отложила телефон и отодвинула тарелку.

– Все, наелась. Большое спасибо, очень вкусно.

– Вижу, как наелась, – Дмитрий печально улыбнулся и посмотрел на часы. – Я все слышал, что Света сказала. Наверное, мне стоит туда съездить, не дожидаясь приглашения. Поговорю с ними по-мужски.

Анна кивнула, хотя ей ужасно не хотелось сейчас оставаться одной. Но она понимала, что Дмитрий прав.

– Ты вот что, Анюта, иди ложись. Полежи, отдохни, попей чайку.

Он налил Анне горячего чая, сделал пару бутербродов, поставил все это на поднос, добавил пару мятных пряников и отнес поднос в спальню.

– Давай, давай, – с шутливой строгостью приказал он Анне.

Та нехотя поплелась в комнату, переоделась в домашнее и легла. Она слышала, как Дмитрий возится в прихожей. Затем хлопнула дверь. Анна закрыла глаза. На нее навалились отчаянье и ужас.