Скрипачка

Валерка ему давно глаза колет так называемым нарушением дисциплины, небось рад был до чертиков сегодняшней их стычке с Кретовым. Так ведь не успокоился, дальше пошел! Гад, точно гад! Все они… все молчат, никто не заступился, даже Серега – друг называется!

– Ладно, Рыбаков. – Лавров, казалось, ничуть не рассердился на то, что Валерка послал его к черту, и выглядел спокойным и даже добродушным. – Ладно. Сейчас мы пока прервемся. Вам придется проехать с нами, отпустить вас под подписку о невыезде я не могу – слишком веские доказательства вашей причастности к преступлению.

Поэтому вставайте – и пойдем. Вставайте, Рыбаков, слышите? – Старший лейтенант мягко дотронулся до Валериного плеча.

Тот медленно поднялся. Комната перед его глазами вдруг поплыла, точно карусель, сначала не спеша, затем быстрей и быстрей и, наконец, завертелась стремительно, растягивая и искажая знакомые лица. Последнее, что успел разглядеть Валера, прежде чем поспешно отвернулся к двери от всей этой тошнотворной круговерти, было совершенно белое лицо Альки Бажниной.

3

– Так и знал, что Рыбак рано или поздно допрыгается. Как говорится, пей, но знай меру! – Алик Копчевский решительно плеснул в стакан остатки «Киндзмараули» и залпом выпил. Он и Славка сидели в номере у девчонок и слушали подробный, хоть и сбивчивый, пересказ Валеркиного допроса.

– Крета жалко, – вздохнула Ленка и сморгнула. – Какая жуткая смерть.

– А мне Валерку жалко, – признался Славка. – Сволочь эта Верка, из-за нее все.

Нормальный парень был, играл классно. Я ж его с консерватории знаю, он меня на два курса старше. Если бы не эта стерва, ни в жизнь Рыбак до такого не докатился бы.

Аля молча сидела, сжавшись в комок, на своей постели. Ее бил озноб. Она никак не могла простить себе, что недооценила Валеркино состояние, не подумала, что нельзя ему в таком виде идти к дирижеру. Ведь видела же, коза безмозглая, что бутылка-то на столе почти пустая.

В дверь постучали, и, не дожидаясь ответа, в номер заглянул Чегодаев.

– Все сидите? – Он окинул недовольным взглядом притихшую компанию. – Я бы вам посоветовал разойтись по койкам. Завтра будет славный денек.

– Вась, когда мы теперь уедем? – спросила Ленка.

– Не раньше чем через день, а то и два. Завтра менты будут ходить, проверять, кто где был сегодня с полдевятого до полдесятого вечера, вопросы всякие задавать. Так что советую выспаться. Каждому в своей постели. Ясно?

– Ясно, – поморщился Славка.