Скрипачка

Зинаида моложе его, умница, красавица, а он и с ней умудрялся ссориться каждый день. До драк иногда доходило. Потом он Зину выставил, снова один остался. К тому времени уже совсем старик стал, болезни всякие вылезли у него. Мы думали, наконец остепенится, да не тут-то было. Не прошло полгода, как Зинаида уехала, глядь – к нему новая женщина ходит. Да какая женщина! – Старичок покачал головой.

– Какая? – полюбопытствовала Алька.

– Молодая, в дочери ему годится. Красивая, фигуристая, ростом на голову его выше.

Тут все мысли о радикулите да давлении, а сосед на автомобиле с красоткой разъезжает, пакеты полные таскает из этого самого супермаркета! Ну не обидно ли?

– Обидно, – со смехом согласилась Алька. На самом деле ей было вовсе не смешно. Известие о том, что у Кретова имелась молодая любовница, сразило ее наповал. На репетиции Павел Тимофеевич приходил усталый, злой, еле живой, и Алька представить себе не могла, что он может блистать победами на любовном фронте. – Молодец был ваш сосед.

– Какой там молодец! – Старичок махнул рукой. – Сам на свою погибель старался.

– Почему же? – спросила она, еле сдерживая охватившее ее волнение.

– Да потому! Думать надо было, с кем связываешься на старости лет! Странная была она, женщина эта, ох странная. Очки темные в пол-лица, на голове вечно платок, как у арабов, ей-богу, так что ни волос, ни прически не видать. И одевалась соответственно – все свободное, длинное. Сколько раз, бывало, здороваешься с ней, так она мимо – юрк, только ее и видели.

Либо в квартиру ускользнет, либо в лифт. И ни слова в ответ.

– Действительно, странно, – ответила Алька. – Может, она ненормальная была?

– Замужняя она была, – снисходительно, словно обращаясь к ребенку, разъяснил старичок. – Зачем иначе такая маскировка? Она и ходила-то – будто по воздуху летала. Каблучищи огромные, а шагов не слыхать. Не хотела, чтобы ее узнали, боялась, стало быть.

При упоминании о неслышных шагах Алька почувствовала напряжение.

А вдруг эта женщина тоже была во Владимире? Она вполне могла снять номер на первом этаже. С такой способностью к конспирации ей ничего не стоило остаться никем не замеченной. Тогда шаги, слышанные Алькой в коридоре, могли быть ее. И убить Кретова могла она, почему бы и нет? Человек, у которого на уме нет ничего плохого, вряд ли станет наряжаться как на карнавал и будто по воздуху летать.

– Слухи-то разные ходят, – продолжал старичок.