Возьми меня с собой

А сейчас посмотрите, как вы хорошо дышите! И давление неплохое для вашего возраста, а было двести на сто сорок.

– Ты мне зубы не заговаривай, – не унимался дед. – Лучше скажи, прочитал главврач мою жалобу? Ту, что я ему на прошлой неделе послал?

– Не знаю, – пожала плечами Лера. – А на что конкретно вы жаловались?

– Да брось, Степаныч, – обратился к деду парень. – Чего ты пристал, видишь, человек новый, еще только осматривается. Это он так, с тоски, – пояснил он Лере. – Родственники эти его сюда положили, а появляться не думают.

– С родственниками вашими, Иван Степанович, я поговорю, – твердо пообещала Лера. – Выясню, в чем дело. Может, у них что-нибудь случилось, есть какая-то веская причина, по которой они не могут вас навестить. А жалобы главврачу писать не стоит. Лучше скажите мне, чем вы недовольны.

– Уколы Настька больно делает, – заскрипел дед. – Вся задница в шишках, не знаю, на который бок повернуться.

– Я попрошу, и уколы вам будет делать Наталья Макаровна. Что еще?

– Каша по утрам надоела. Одна овсянка на воде второй месяц.

– Хорошо, я попробую договориться на кухне, иногда будут делать для вас омлет.

– Душно!

– Проветрим.

Скворцов на секунду запнулся, затем раскрыл было рот, чтобы продолжать свой список, но тут его сосед весело рассмеялся:

– Хватит уже, дед! Совесть поимей. Нашел себе золотую рыбку желания исполнять. Будь доволен, что тебе омлет вместо овсянки принесут.

– А ты, Дрюня, зря лыбишься, – огрызнулся Скворцов. – Я, может, за всю-то жизнь заработал право, чтобы ко мне золотая рыбка приплыла. Хоть три желания исполнила, да какое там – одно! – Он неожиданно скис, несколько раз часто моргнул и проговорил тише: – Хреново на старости лет вот так, одному, в казенной постели.

– Хреново, – согласилась Лера. – А вы поправляйтесь, мы вас и выпишем. Домой пойдете, сами себе будете покупать и яблоки, и все что хотите.

– Твоими бы устами, дочка, да мед пить, – устало пробормотал Скворцов.

Видно было, что запал у него кончился, Лерина сговорчивость обезоружила его. «Кажется, своими скандалами он просто пытается подбодрить самого себя, – подумала Лера. – Дескать, пока ругаюсь, требую, кричу, значит, не умер, есть еще силы, порох. А пороха-то, видать, мало».

– Значит, договорились, – мягко проговорила она. – С этого дня Матюшина вам больше уколы делать не будет, пусть на других тренируется.