Читер, или… Один процент до ста

Отданную квартиру, эти жалкие алименты, устройство на работу по трудовой. Лишь бы не платить бывшей жене больше, чем определил суд при разводе. В общем, вместо блистательного экономиста, мы видим дотошного, мелкотравчатого бухгалтера. Гротескное превращение, не правда ли? – напряжённо рассмеялась она в завершении своей тирады.

– Ты несправедлива к Славе, – заметила мать.

– Ой, ладно, мам, – поднялась из-за стола Агата, – давай, закруглимся про Славу. Пусть себе работает. А у меня и без него проблем хватает.

Поскольку дочь называла проблемами обычные трудности на работе, то Ирина Константиновна не стала допытываться, услышав опрометчиво вырвавшееся слово.

Глава 7

Пребывая под впечатлением разговора с матерью о Локоткове, на следующее утро Агата изумлённо увидела его поджидающим за рулём «Форда», остановившегося прямо напротив подъезда.

– Тебя шеф прислал? – безразлично спросила Михалёва после приветствия.

– Нет, – ответил Слава, ловко выруливая из ряда многочисленных автомобилей, прикорнувших на ночь рядом с домом.

– Очень любезно с твоей стороны, – ехидно улыбнулась Агата, усмотрев в объяснении водителя, стремление вызвать у неё интерес к тому, где он живёт. – Но теперь мне, вероятно, предстоит проявить ответную любезность и подождать, пока ты будешь «дышать в трубку».

– Тебе не понадобится проявлять ответную любезность, – затаил усмешку Локотков, – потому что на работу я привык являться вовремя. В трубку я уже подышал.

– Ах, вот как, значит, на работу, – зацепилась за слово Агата, безуспешно борясь с противоречивыми чувствами: желанием услышать, будто Слава заехал специально за ней и досадой, что ей нечем его уесть. – В таком случае, ты слукавил, говоря, будто тебе по пути. Медпункт совсем не по дороге в агентство и, уж тем более, к моему дому.

– Ты предпочитаешь поехать на маршрутке? – миролюбиво уточнил Слава.

– Ну тебя, – фыркнула Михалёва, сообразив, что переборщила с необоснованными упрёками.

Задевая Локоткова, она отчаянно боялась возобновления вчерашнего разговора, в котором Слава недвусмысленно признался ей в любви. Агата не отрицала, что его нахождение рядом волнует её. Однако Михалёва никак не могла примириться с мыслью, что когда-то страстно любимый ею молодой человек, вместо преуспевающего экономиста, стал обычным водилой и, мало того, в её понимании, превратился в зануду.

«О чём с ним можно поговорить? – озадаченно подумала Агата.