Песнь серебра, пламя, подобное ночи

 – Ты же не веришь деревенским сказкам?

– Не верила, – сказала Лань, – но ты же оказался настоящим, верно? – Практик бросил на нее равнодушный взгляд. – Я слышала о привидениях и темных делах, которые проворачиваются в деревнях Центральных равнин. Что-то из этого вполне может оказаться правдой.

Цзэнь рассматривал ее несколько секунд.

– Ты же хочешь узнать правду? Увидеть мир практиков, о котором слагают легенды?

Пока Лань смотрела на Цзэня, ее рука инстинктивно потянулась к левому запястью.

Ответ вертелся на кончике языка. Такой грандиозный, такой очевидный и такой определенный, что она боялась произнести его вслух. И все же эта возможность была дана ей давным-давно, дверь, оставленная приоткрытой с предсмертным вздохом ее матери.

Дверь к вопросам, которые оставила ей мама.

Что-то промелькнуло в глазах Цзэня.

– Если хочешь знать правду… Если ты встанешь на этот путь, ты должна понимать – обратного пути нет.

Обратного пути никогда и не было, с тех пор как двенадцать циклов назад у нее отобрали будущее и жизнь, которую она планировала.

С тех пор Лань шла другим путем, обозначенным шрамом у нее на запястье.

Зимним магом с ледяными глазами.

Смертью и разрушением.

Она подумала об Ин. Ночь прошла, а кошмар остался, кровавое пятно, которое не могли смыть ни дневной свет, ни течение времени. Боль охватила ее так внезапно, что девушка затаила дыхание и, заведя руки за спину, впилась пальцами в ладони.

– Какая польза от слез? – пробормотала ей однажды Ин, когда они только пересекли свой двенадцатый жизненный цикл, и раны от потерь все еще глубоко саднили каждую ночь.

 – Мертвые их не почувствуют и не вернутся. Горе остается живым. Вместо того чтобы прожить жизнь в боли, я предпочитаю прожить ее в смехе и любви. На полную.

Лань подняла голову. Цзэнь наблюдал за ней своим непроницаемым взглядом.

– Да, – сказала девушка. – Я хочу получить ответы. На все вопросы.

– Вот и прекрасно, – ответил практик, слегка наклонив голову.

 – В таком случае я отведу тебя в Школу Белых Сосен, последнюю из Ста Школ Практиков, чтобы ты разгадала печать, которую оставили на твоем запястье.

На несколько мгновений, пока первые лучи солнца пробивались над горизонтом, заливая землю ярким, огненно-красным светом, слова Цзэня повисли между ним и девушкой.

– Хорошенько обдумай мое предложение. – Цзэнь встал, протягивая ей руку. Лань не задумываясь приняла ее.