Направо пойдёшь…

 – В прошлую пятницу, когда я заехал за тобой, он вышел из твоего подъезда.

Секундная пауза понадобилась Ольге, чтобы осознать бесполезность, как отрицания, так и высказывания варианта того, будто Сева приходил к кому-то другому.

– Женя, ты странно реагируешь, – усмехнулась она. – Как ты думаешь, зачем ко мне мог приходить наш программист?

– Не выводи меня, – зарычал мужчина.

– Конечно же, для того, – спокойно продолжала Ольга, – чтобы починить ноутбук.

– Ты что, – Пётр представил, как подозрительно сощурился Мышковец, – не могла ноут на работу захватить?

– Я обнаружила, что комп не включается, только дома.

Позвонила Севе, он приехал, за полчаса разобрался с ноутом, мы попили чаю, и он ушёл.

– Какого хрена было чаи распивать? Сунула денег и пусть бы катился.

– Евгений, – вкрадчиво осведомилась Ольга, – какого чёрта я должна отчитываться перед тобой, что напоила чаем собственного племянника?

– Олька, – в голосе Мышковца послышалась нешуточная угроза, – ты зарываешься.

Он тебе не больше племянник, чем мне. Уж я-то знаю. Так что, учти, если я выясню, что ты наставляешь мне рога с этим сопляком, не пройдёт и суток, как он совершенно случайно окажется жертвой автомобильной аварии где-нибудь на оживлённой трассе города. Да и тебе не поздоровится.

– Женя, – неожиданно для похолодевшего от страха Петра, расхохоталась Ольга, – во-первых, у тебя паранойя. А во-вторых, по какому праву ты вздумал меня ревновать? С ума сойти, женатый мужчина предъявляет претензии любовнице по поводу…

– Заглохни, – перебил её Мышковец, – и послушай меня.

Внимательно послушай. Повторяю ещё раз, для туго соображающих. Если мои предположения по поводу этого племянника подтвердятся, то я снесу ему башку. А тебя отметелю так, что ты не сможешь на работе месяц показаться. Поняла?

– Жень, – к изумлению Петра, не теряя присутствия духа, ответила Ольга, – да я про тебя уже давно всё поняла. Только опасения твои абсолютно безосновательны. Забудь и не трепи себе нервы.

Вон у тебя как лицо покраснело. Давление, должно быть, подскочило. С этим не шутят. Давай-ка, я тебе измеряю.

– Себе измеряй, – фыркнул Мышковец, однако, в его голосе Лисицыну почудились явные нотки облегчения. – До чего же я тебя люблю, суку, – послышалось следом.

– Я знаю, Жень, – догадался Пётр, что Ольга улыбнулась. – Поедем ко мне?

– Сегодня не могу, – хрипло отказался Мышковец, – у тёщи день рождения. Всё, давай, – чмокнул он женщину в щёку.