Сказки Освии. Магия в разрезе

Я попробовала очистить его хоть немного, но только перепачкалась сама.

Времени и дальше возиться не было, я сильно опаздывала. Еще раз бросив недоверчивый взгляд на Освальда, я решила рискнуть и довериться своему странному тощему одногруппнику, внезапно проявившему ко мне интерес. Я побежала по коридору, искренне надеясь, что Василику уже поставили в пару с кем-нибудь другим, а Освальд не станет лазить по моим шкафам. В конце коридора я обернулась напоследок. Освальд стоял, засунув руки в карманы и улыбаясь со спокойствием Матери Хранительницы.

Он помахал мне и скрылся в моей комнате.

«Хуже он точно не сделает», – решила я и прибавила ходу.

Задыхаясь, я добежала до военной академии. Большие часы над ее входом подсказывали, что учитель будет очень зол. Я распахнула дверь раздевалки и столкнулась нос к носу с грязной, черной, растрепанной девицей. «Как можно запустить себя до такого состояния!» – возмущенно подумала я, но тут поняла, что смотрю на свое отражение.

Я уткнулась в зеркало лбом. Оно наблюдало за мной с нескрываемым отвращением.

– А что я могу сделать? Это же не моя вина! – попыталась я оправдаться перед ним. Зеркало мне не поверило и продолжило смотреть с укоризной. Кое-как натянув на себя форму и стерев сажу с лица, я побежала на улицу, где уже давно разминались остальные студенты.

Как я и предполагала, там меня ждал очень злой учитель. Он наорал на меня гораздо хуже, чем учитель-маг. Разница была в том, что маг все-таки выбирал слова, когда отчитывал, а вот вояка, не стесняясь, сказал, что я неуклюжая корова и такой помру, если буду продолжать прогуливать и опаздывать, что я бестолочь безмозглая, раз не могу уследить за временем, и что с таким напарником в разведку не пойдешь, если ты не слабоумный самоубийца.

Я вздохнула. Хотелось, как и утром, притвориться, что меня нет, но не получалось – Василика уже помахивала мечом, разминая запястья и ядовито улыбалась. Напарника у нее не было, а взгляд не предвещал ничего хорошего.

Тренировка была болезненной, унизительной, но короткой. Василика лупила меня с удовольствием, украшая все новыми синяками. Каждый пропущенный мной удар она сопровождала кривой ухмылкой и уколом в духе: «да нет, корова и та грациознее» или «тебе самой с собой жить не стыдно?».

Она меня так взбесила этим под конец, что я сделала глубокий выпад, вложив в него всю ярость, и… потерпела фиаско.