Сказки Освии. Два брата

Братья замерли, с благоговением наблюдая, как Мартин отламывает от него щедрые куски подрагивающими руками. Он делил спокойно, поровну, не роняя лишних крошек, и тут же отдавал новую долю в жадно протянутые руки братьев. Они набрасывались на полученный хлеб с остервенением, заталкивая его в рот грязными руками. Я получила честный кусок и стала его не торопясь жевать, глядя, с какой скоростью расправляются со своей долей братья.

– Откуда у тебя хлеб? – спросила я, когда Мартин дожевал.

– Мельник дал за работу. Он хороший человек, знает, что мы всегда голодные, поэтому когда нанимает меня, кормит у себя и дает еще иногда с собой. Я люблю к нему ходить.

– Почему вы не уйдете от нее? – задала я терзающий меня вопрос. – Вы могли бы сами получать деньги за свой труд. Я уверена, этого бы вам хватило на более достойную жизнь.

Братья сидели, опустив головы. Им было страшно уйти. Их жизнь, хоть и не сладкая, была привычной и размеренной.

Если бы они сбежали от моей злобной тетки, им пришлось бы менять так много! Отстраивать дом, искать работу, налаживать быт и хозяйство, одалживать деньги на первое время, распахивать поле, и самим принимать решения. Последнее их пугало больше всего. С удивлением я поняла, что они ни разу не задумывались о том, чтобы уйти. Я оказалась тем нарушителем спокойствия, который селит в чужих головах новые образы, заставляя что-то менять.

Из кустов выходили по одному, с опаской оглядываясь. Братья явно дорожили секретом этого места. Кусты за полуразвалившимся сараем стали храмом их спокойствия, безопасности и сытости. Как же жаль мне было оказаться тем самым человеком, который разрушил тайну этого места. В тот момент, когда я раздвигала упругие хлесткие ветки укрытия, дверь дома открылась, и Котлета высунула наружу седеющую растрепанную голову, чтобы позвать кого-то из сыновей.

Неприятные мурашки пробежали по спине. Хоть тетка почти сразу спряталась обратно, я была уверена – она успела меня заметить.

Вернувшись к себе, я нашла Альберта непривычно сердитым. Раздражение вперемешку с тревогой электризовали его шерсть и в полумраке чулана я видела, как по ней проходят едва заметные разряды.

– Куда это тебя водил Мартин? – спросил кот, так ревниво уставившись на меня, что стало неловко.