Маски трёх эпох. Посланники

Рассказывать о переговорах последующих дней долго и скучно. Они вымотали и нас, и Шалорна, который незаметно для остальных наблюдал за происходящим (тратя на это уйму энергии) и через экраны контактных линз высвечивал нам инструкции. Такое «радиоуправление» помогало нам с Лантом, создавая у дипломатов иллюзию, что мы – отличные профессионалы. На самом деле мы с трудом понимали, что говорят нам, и даже что говорим мы сами, и только учились дипломатическим премудростям.

В самом начале переговоров нас считали самозванцами.

Потом – представителями какого-то мелкого правителя, подобного тем кавказским князькам, которые как раз в это время массово просили у Российской империи защиты и принятия в состав государства. Но к концу переговоров даже самые недоверчивые поняли, что мы – посланники пусть и неизвестного доселе, но мощного, если говорить о науке и оружии, и тем более о тайных шпионах, государства.

Нас соглашались принять как полномочных послов Шалорна и дозволили прийти в устье Невы, встав на стоянку в нижней части Английской набережной.

Назначили и время аудиенции у государя императора И теперь продумывали, как всё это обставить, не уронив чести обоих государств. Церемониал того времени намного сложнее дипломатического протокола нашего мира.

***

Велись и переговоры о матросах английской шхуны. И их наконец забрали с яхты! Капитана с основными зачинщиками бунта перевели куда-то в крепость, остальных просто перевезли в порт, поручив заботам их соотечественников. Мы всё-таки дали этим людям немного денег и одежды.

Не из жалости: голод и безнадёжность толкают на преступления намного чаще, чем дурь и безделье.

Те четверо матросов, которые пытались защитить Ланта, вернулись на родину. Мы обеспечили их деньгами, одеждой и рекомендательными письмами, да и Унковский помог. Рекомендации от русских военных моряков – серьёзная вещь, особенно в то время, когда Англия дружит с Россией.

А вот помощник капитана остался в России. Семьи у него не было, зато имелись опыт и знания, причём последние в том числе и от нас – мы оставили ему те книги, которые он читал на яхте, а в них было много полезного.

Помощник устроился преподавать гардемаринам в Морском корпусе, и, как мы слышали, был на хорошем счету.

Но в тот день, когда от нас забрали всех этих людей и назначили время прибытия в Санкт-Петербург, мы радовались тому, что наконец можем не бояться удара в спину.

– Ну что, первая битва закончилась, – устало вздохнул Лант.