А другой мне не надо

«Я тебя люблю», – отбил он эсэмэс жене, потом вдогонку послал еще одну: «Встречу после работы. Уже соскучился».

* * *

К себе в кабинет Анатолий Иванович вошел ровно в тот момент, когда из него выходила уборщица с корзиной мусора в руках:

– Опаздываете, Анатоль Иваныч, – кокетливо поприветствовала его бабища в синем халате и прижала корзину к груди.

Гольцову захотелось сказать: «Не ваше дело», но вместо этого он почтительно посторонился, будто уборщиком был он, а не эта женщина, похожая на тролля:

– И на солнце бывают пятна, Нина Васильевна.

И Нина Васильевна обрадовалась этим словам, и засуетилась, и, смущаясь, пожелала хорошего дня, и даже призналась в том, что ставит Анатоль Иваныча в пример собственному зятю.

– А вот это лишнее, – неодобрительно произнес Гольцов, чем ввел уборщицу в еще большее смущение.

– Да как же лишнее! – воспротивилась она. – У кого хочешь, спроси: самый положительный человек у нас здесь – кто? Анатоль Иваныч! И говорить нечего. И пусть знают, а то распустились.

Ни стыда, ни совести. Один обман и злоупотребление, а потом люди и говорят: нет честных людей. А на самом деле есть! – подняла руку вверх Нина Васильевна. – Пусть знают и детей учат, а то будут, как мой зять, сказать ведь стыдно…

Гольцову на минуту показалось, что вот сейчас уборщица попытается рассказать ему историю своей семьи, а заодно и всех тех, кто к ней причастен. Но она завершила свое выступление словами о том, что если кому в этой жизни и повезло, то, без сомнения, жене Анатоль Иваныча, хотя и неизвестно, за какие такие заслуги, но раз так, то уж пусть так и будет, потому что на все воля божья и жаловаться грех.

– Ну, спасибо вам за добрые слова, Нина Васильевна, – промямлил Гольцов и попытался протиснуться в дверь собственного кабинета, но снова не успел: из отдела кадров привели новую сотрудницу, молодую женщину с нечистой кожей лица, напоминавшую Анатолию его одноклассниц в пубертатном состоянии.

– Здравствуйте, – сначала пискнула та, а потом, видимо от волнения, пробасила: – Я Юля Деревяшкина.

– Очень приятно, – наврал Толя и запустил новенькую в кабинет. – Присаживайтесь.

Деревяшкина метнулась к стене и уселась на стулья, которые обычно пустовали, потому что сотрудники, как правило, располагались за столом у начальника.

– Не сюда, – остановил ее Анатолий Иванович и показал нужное направление. – Рассказывайте.

– А что рассказывать? – растерялась Юля и выложила перед собой руки с облупившимся лаком на ногтях.