Я влюбилась в четверг. Принцессы без ума

– Нет, я пойду, ждет он!.. А ты… Может, все-таки помиришься?

– Я подумаю, – промямлила я, скривившись так выразительно, что русоголовый ангелочек тут же исчез за дверью, послав мне воздушный поцелуй.

Уровень шума, доносившегося с кухни, возрастал катастрофически. Нет, без моего участия это никогда не закончится.

Я решительно раскопала среди неглаженого белья Лешкину футболку, купленную летом на юге, во время нашего единственного недельного совместного отдыха. Белая, с надписью «Я люблю тебя, жизнь!», сегодня она особенно раздражала меня своим незримым присутствием.

Я тоже люблю жизнь. А с сегодняшнего дня, когда не останется в моем жилище ни одной его вещи, я буду любить себя и свою жизнь еще больше.

Я тщательно разгладила футболку, особенно буковки на груди, сложила ее вместе с Лешкиным спортивным костюмом и кроссовками в сумку и подошла к двери. Оглянулась зачем-то, пробежавшись взглядом по мебели. Кажется, все. Лешка навсегда переезжал из моей жизни к себе домой. «Уф! Страшно. Будто сына в спортивный лагерь провожаю», – почему-то пришло мне на ум.

Я вернулась к шкафу, взяла с полки пару Лешкиных любимых видеокассет, деревянную фигурку китайского дедочка, которая ему очень нравилась, бросила в сумку. Подумала, положила сверху еще пару яблок, высыпала карамельных конфеток из вазочки, будто хотела подсластить горькую пилюлю, которую Лешке придется все-таки съесть сегодня, и открыла дверь в коридор.

Похоже, страсти на моей кухне накалялись. Лешка разошелся не на шутку, спорил со всеми, что-то доказывал, рассказывал антиженские анекдоты, жаловался на жизнь… Вдруг раздался какой-то шум, он зарычал, похоже, прорываясь к двери… Кто-то его останавливал, звенела посуда, какой-то хрип, всхлип… Господи, да что там такое? Раздался страшный грохот, глухой шлепок… Что-то упало на пол? Вазу свою разбил, что ли?.

.

Я влетела в кухню и застыла с сумкой в руке.

– Окно! Откройте окно! – кричала Иришка, а Лешик, откинувшись на спинку дивана, держался рукой за сердце.

Анюта возилась с заклинившей форточкой, Танюха, перепрыгивая через раскиданные по полу между осколками вазы хризантемы, рванула к телефону, а я так и стояла, не в силах шевельнуться. Боже мой…

Ирина подняла на меня глаза и, продолжая расстегивать верхние пуговицы Лешкиной рубашки, как-то нетвердо попыталась меня убедить:

– Все будет в порядке. Просто сердце… Водка проклятая!!!

Я так хотела ей верить!

– Не стой столбом! Лекарства накапай… Воды дайте!..