Я влюбилась в четверг. Принцессы без ума

Слушай, котик, а Анюта дома?

Мне хотелось крикнуть во все горло: «При чем здесь Анюта?» – но я безропотно сказала «да» и всхлипнула как можно тише.

– Иди скорей домой, она тебе дверь откроет, побудет с тобой.

Я молчала.

– Да не переживай ты так. Главное – сама в порядке. Замки сменить нужно, а деньги – они что, бумажки… Эх, елки-моталки, я подскочить не могу… – Лешка говорил все тише.

«Может, он и правда на важном совещании? Зря я обижаюсь…» – не успела подумать я, как он зловещим шепотом добавил:

– Моей приспичило все этажи обойти, уже некуда сумки с покупками складывать, полный багажник… Нанял же ей водителя, так нет – меня вдобавок к нему подавай!

Лешик сам себя оборвал на полуслове, а спустя мгновение подвел замечательный итог всем моим годовалым сомнениям.

– Но ты же все понимаешь, да? Ты же у меня сильная… Так ведь, зайчик?

Он говорил еще что-то, а зайчик молча вытирал крокодиловы слезки.

– Алло! Алло! Наташка? Я тебе позвоню! Ты меня слышишь? На-та-аш!.

Я слышала, слышала… и, кажется, наконец услышала все. Даже то, что он и не говорил… И с каждым его словом очень быстро, как запах дешевого одеколона, стали улетучиваться мои мечты о нем, о нас, заменяясь на картинки пережитых рядом с ним неприятных мгновений.

Господи, да где ж мои глаза были? Он же не зайчик, и не рыбка, и не птенчик. Он ведь самый настоящий…

И я позволила себе произнести это вслух, хотя и едва слышным шепотом:

– Свинтус обыкновенный. Козел… с бубенчиками, индюшатина расфуфыренная… – И уже громче: – Да пошел ты!.

Нет людей без недостатков. Истинная правда. Но у Лешика ко всем полагающимся каждому из нас изъянов был еще один, которого не должно быть у любимого мужчины, – он был женат. И я знала! Он связан, обязан… В этом случае, даже если очень хочется, все равно нельзя. Нельзя! Слышите, девчонки всего мира? НИ-НИ! Не трогать. Забыть и думать. Сама виновата. Курица безмозглая. Овца серая…

Мысленно перечислив добрую половину обитателей стандартного зоопарка, я изо всех сил, словно вредное насекомое, мучившее воображаемых животных, придавила к холодному корпусу кнопку отбоя и мысленно подвела жирную черту под неудавшимися отношениями с очередным смертельно женатым прЫнцем.

Собственно, не такой и очередной он был… Совсем не много было в моей жизни мужчин. Все время с семнадцати и до тридцати лет было посвящено лишь одному – мужу, теперь бывшему, но с ним не сложилось.