Три женщины одного мужчины

А что вы хотели?

– Феля! – Кира Павловна осталась недовольна ответом, потому что предполагала, что московские друзья должны сразу же узнавать ее голос, невзирая на шумы и помехи. – Это тетя Кира.

– Тетя Кира! – вскричал Феликс. – А я вас сразу узнал!

– Феля, мальчик мой, – проговорила Кира Павловна. – Как твое здоровье?

Услышав желанный вопрос, Феля на том конце провода расцвел и на полном серьезе принялся рассказывать, как работают его желудочно-кишечный тракт, сердечно-сосудистая система и что он делает для того, чтобы содержать все важные функции организма в надлежащем его возрасту состоянии.

Пока Феликс Ларичев шпарил наизусть рекомендации московских профессоров, Кира Павловна стояла, отодвинув трубку от уха, но, как только в потоке слов возникла небольшая пауза, Кира Вильская взяла быка за рога и быстро произнесла:

– Феля! Скажи маме – у нас свадьба.

– А кто женится? – поинтересовался растяпа Ларичев.

– Как кто, Феля? Женится Женя. Он будет тебе звонить сам. А пока не забудь, передай все Кате.

– Хорошо, – пообещал послушный Ларичев и расстроился: капризный Гименей снова обошел его стороной.

– Позвонила? – выглянула из кухни Анисья Дмитриевна.

– Позвонила, – не глядя на мать, ответила Кира Павловна и скоро ушла к соседям разрабатывать план сватовства.

– Москвич? – охнула Прасковья, внимательно выслушав Кирины предположения.

– Коренной, – соблазняла соседку Кира Павловна.

– Физик? – нараспев произносила Устюгова непривычно звучавшее название неведомой профессии.

– Физик, – важно кивала Вильская, а потом пускала в ход секретное оружие: – Единственный сын, между прочим. Без пяти минут кандидат наук. Квартира в центре Москвы и женат никогда не был.

У Прасковьи блестели глаза и раздувались ноздри, соседка нарисовала перед ней столь радужные перспективы, что просто не верилось.

– Только знаешь, Паша, – все-таки рискнула предупредить Кира Павловна. – Феля – он немного странный: высокий такой, не очень на лицо симпатичный, зато умный!

– А то я вашего Фелю не видела, – закрутилась на стуле Прасковья.

 – Чай, они к вам каждое лето с Катериной-то приезжают. Никак, значит, к своей Москве привыкнуть не могут, так к нам в Верейск и норовят приехать. А что? Им у вас хорошо. На всем готовом. Тетка Анисья знай целыми днями жарит-парит… А ты вот, Кира, смотрю, в Москву-то не часто ездишь. Видно, не зовут.

– Еще как зовут, – опровергла Прасковьино предположение Кира Павловна. – Только некогда мне. Дел много.