Художник

Он не просто удивился, даже на какое-то время онемел. Странный оборот дела!

– Но что я должен предложить? У меня есть квартира, кое-какие накопления, стабильная и хорошая работа, которой нет у многих в моем возрасте. Ты ведь, совсем меня не знаешь!

– А ты себя знаешь? – осадила его пыл девушка, забирая у него свою сумку.

Он оторопел, не понимая, что конкретно имеет она в виду. Девушка улыбнулась ему легкой улыбкой, и в ее глазах он прочел что-то вроде поддержки – она ждала от него ответа, а он испугался сказать что-то не то и потерять ее, в этот раз, уже точно навсегда.

– Чего ты хочешь в этой жизни? – спросила она.– Каким ты видишь себя в будущем? В чем смысл именно твоего жизненного пути? Какая роль будет отведена в твоей жизни мне? Если у тебя насчет меня есть ожидания, а они есть, выброси их немедленно. Я не пришла сюда оправдать твои или чьи бы то ни было ожидания, я пришла сюда, в основном, стать счастливой, а уже потом и сделать этот мир и тебя, если повезет, счастливее.

А что такое счастье для тебя?

– Любовь? – не ответил, а, скорее, спросил он после недолгих раздумий.

– Мы поговорим об этом позже, а пока…

Он не сразу осознал, что эта девушка, плод болезненных мечтаний, его целует. Это можно было сравнить с остановившемся временем, замершим воздухом, замедлившимся пульсом, понятием точки настоящего момента вне рамок прошлого и будущего. Он испытал вкус Бесконечности, он испытал себя существом, практически Богом, не имеющим возраста, пола, убеждений… не имеющим силы притяжения.

Словно во сне, он почувствовал, что она потрепала его по пушистым волосам, вошла в свой вагон и, практически, через пару минут поезд отчалил от перрона. А он долго стоял и пробовал оставшийся на губах ее вкус, а в голове смаковал ее имя, которое она шепнула ему на прощанье: «Янина»

3

Как только он пришел в себя, буря чувств ворвалась в его смятенный разум. Злость, удивление, обида, страх, – все гаммы эмоций с негативным окрасом, прикрывающие всего на всего… боль.

И это болело его ущемленное самолюбие. Его бросили, ним пренебрегли, даже не дав возможности показать, какой же он на самом деле. Она еще его не узнала, а уже начала выдвигать требования и беспокоится о том, готов ли он дать ей что-то. Неужели она такая меркантильная? А обиднее всего было то, что эта странная девушка, кажется, делала что хотела, наплевав на других, говорила то, что думала, не переживая обидят ли ее слова кого-то.