Снежная Волшебная

Ну, так как? Чего тебе хочется?

– Хочется? Мне мало что хочется… – Таню не вдохновил этот монолог лесной жительницы, она не верила что может вот так разом взять и быть счастливой, наслаждающейся женщиной которая творит свое пространство. Уж она-то знала что это не просто! Сколько изучено, сколько тренингов прослушано, даже несколько сессий психотерапии. Девушка просто уже не верила.

– Тебе не выгодно хотеть. – усмехнулась ведьма какой-то опасной и подозрительной улыбкой, – Тебе выгодно бояться. Ходить вокруг осиного гнезда, переживая, что оно однажды тебя поглотит, уничтожит.

Ведь так ты хоть чем-то занята, правда? Так жизнь имеет смысл. Уродливый и глупый, но все же, ты права в своем неверии, ведь иного ты не знаешь и не знаешь что может быть иначе. Ты никогда не пробовала честно и с настоящим желанием, а не потому что надо. Наступило время когда пребывать в невежестве стыдно и глупо. Чего ты хочешь на самом деле?

– Поцеловать его и не отвернуться, почувствовать, что будет дальше.– призналась Таня откровенно, смотря в темные проницательные глаза этой женщины, – Но я не смогла… я испугалась того, что будет дальше.

– Привычка быть несчастной – всего лишь привычка. Привычка быть счастливой всего лишь привычка. И то и другое требует усилий. Так какая разница, на что ты их, эти усилия, тратишь? Не будь сумасшедшей ведьмой! Будь ведьмой, которая знает кто она такая!

Таня усмехнулась, возвращая пустой кубок новой знакомой. Еще чего не хватало! Мало ей забот, так еще и ведьмой стать осталось.

– Кажется, единственная ведьма здесь – это ты.

– Правда? – голос был вкрадчивым, глаза темные этой хозяйки хижины вспыхнули пламенем.

Мистическая незнакомка с видом опасного человека подобралась ближе к Тане и прикоснулась своей изящной бледной ладонью ко лбу девушки прежде, чем та успела среагировать. Но и реагировать особо не хотелось, после слез в этом уютном кресле, после волшебного на вкус напитка ей было хорошо и практически ничего не имело значение, чувства притупились.

Реакции тоже. И в тот самый миг прикосновения глаза Тани тоже вспыхнули, словно пламя в этой печи, а очи медальона ящера на ее пышной груди тоже зажглись словно угли. Лоб обдало мягким огнем, который переместился в горло, затем сердце зажгло изнутри и этот огонь начал опускаться ниже по солнечному сплетению, в живот, в самый низ живота, еще ниже и оттуда разбежался по всему телу словно пожар. Словно тысячи искр в каждом дюйме ее тела взорвался.