Демоны милосердия

Светка снова зажмурилась, но уже с таким видом, точно каждое слово оскорбляет ее чувство прекрасного.

– Такие, – выдала она, – а то я не знаю, не была в деревне. Ты хоть представляешь, на что подписываешься?

– Это не деревня… – но Светку было не остановить.

– А что? – выпалила она, резко повернувшись к Денису. От неловкого движения и без того короткая юбка поползла вверх, но Светка быстро натянула ее на коленки. – Свежий воздух, птички, травка, огород. Соседи алкаши в пятом поколении, по дороге только вездеход проедет, водопровода нет, интернета тоже.

Зато природа! – она скривилась точно от лимона. Поджала губы и жалобно спросила:

– Ну зачем это тебе?

– Отец так хотел, – отозвался Денис. Он не отрываясь смотрел в зеркало, приглядывал за «фордом». Его дерганный водитель бросил мобильник на переднее сиденье и теперь курил, выпуская дым в открытое окно и подставив лицо ветру. Вид у парня был злой и помятый, то ли после бессонной ночи, то ли после хорошей пьянки, не разобрать.

– Денис, ну когда это было… – протянула Светка, – теперь так не живут.

А мастерскую можно и в квартире устроить, если тебе так хочется, места хватит.

Можно в квартире, можно и слона на балконе завести. В одном доме, где он когда-то снимал комнату, соседи сверху держали в кухне двух коз. Они топали, как те самые слоны, оставшись в одиночестве, орали дурниной, а пахло от них так, что даже тараканы куда-то подевались. Впрочем, весной скотину сплавили на дачу, а осенью от них, по слухам, остались рожки да ножки.

– Свет, не начинай. – Денис быстро глянул на нее. – Говорили уже. Вопрос решен и закрыт. Квартиру я продам, дом уже нашел. И это не деревня.

Светка повернулась к нему боком и принялась копаться в сумочке. «Форд» мигнул фарами, Денис пропустил его, и нервный парень улетел вперед. Светка достала зеркальце, поднесла его к глазам.

– Хорошо, не деревня, – проговорила она, – но все равно зачем? Чем плохо в городе?

Никто не говорит, что плохо. Совсем даже неплохо, но не свое.

А вот дом – это другое, это только для себя, это навсегда. И не только для себя, а для тех, кто будет после, и для нее, что сидит рядом и недовольно морщит нос. И не деревня, как она себе навыдумывала, а что-то вроде того райского местечка, где им предстоит провести два весенних праздничных дня и удачно идущие следом выходные. И чисто там, и соседи люди обеспеченные, и интернет имеется и все прочие блага цивилизации. Только речка с соловьями и лягушками далековато.