Месть длиннее жизни

Ну, езжайте, а то дождик начинается.

Андрею вдруг показалось, что она вытолкает их сейчас взашей, списал свое предположение на недавний шок и ликвидацию мемориальных завалов и поспешно увел Светку от греха подальше. Под мелким дождиком пробежали по парковке к «тойоте», Светка уселась назад и немедленно уставилась в окно. Она всегда так делала, чтобы прийти в себя, Андрей не стал ей мешать, лишь через четверть часа, когда попали в пробку, сказал осторожно:

– Не обижайся на мать. У нее кроме меня никого, понимаешь.

– Конечно, – Светка глядела сквозь мокрое стекло, – я знаю. И ты знаешь, что я привыкла.

Она повернула голову, улыбнулась, и все стало по прежнему, как сегодня утром, как вчера, как неделю назад и даже в прошлом году. Они сначала долго жили на съемной квартире, в хорошем доме причем, недалеко от центра, а потом выкупили ее у владельца. Денег наскребали по крохам, Светка даже родительский участок с домиком у себя в области продала, а все равно не хватило, пришлось занимать.

Зато у них появилось свое жилье, их собственная «трешка» в отличном районе, и можно думать о прибавлении в семействе. Денег, правда, после уплаты долгов оставалось только на жизнь, но Андрей знал, что его ждет повышение. Прежний начальник СБ их фирмы засобирался на пенсию и кандидатур на его место кроме Андрея не было.

– Останови у метро, – попросила Светка. Андрей вопросительно глянул на нее в зеркало заднего вида.

– Мне к Наташке надо заехать, – Светка копалась в сумке, – я ей обещала помаду шанелевскую привезти.

Я быстро!

Быстро, как же. Если речь зашла о помаде, то это часа на два, и дело тут не только в косметике.

Андрей перестроился вправо и остановился. Светка накинула плащ поверх короткого платья и принялась пробираться к дверце. В проеме между кресел показались ее коленки, Андрей потянулся к ним, Светка оттолкнула его руку.

– Свет, не злись.

– Некогда мне. – Она выскочила из машины и пропала толпе у входа в метро.

Андрей поехал к дому. Дождь разошелся, «дворники» гоняли воду по стеклу, на душе сделалось муторно и гадко. Всплыла в памяти дохлая крыса с оскаленной мордой, голые твари, больше похожие на инопланетных убийц, чем на беспомощных существ, к горлу комок подступил. И тут накатила злость, да такая, что Андрей с силой сжал руль, чувствуя, что гладкая кожа чехла под руками стала шероховатой, даже колючей.