Не жди, не бойся, не проси

В кухне вдумчиво исследовал сиденье предложенной табуретки и поверхность стола, провел по ней пальцем и уселся, положив на колени свой портфель из светлой кожи. Макс обосновался между мойкой и холодильником и ждал, когда посетитель заговорит. Ничего хорошего ждать от очкарика не приходилось, хоть вид то имел самый безобидный, однако от его портфеля веяло чем-то нехорошим и тоскливым. И предчувствие, как обычно, не подвело.

Мужчинка представился Ильей Борисовичем, адвокатом госпожи Левицкой, и вытащил из портфеля прозрачный файл с бумагами.

Макс глянул на них и перевел взгляд за окно, на тополь, что уже начал облетать, терял первые бронзовые от жары листья. Адвокат потрогал пальцем столешницу и принялся раскладывать на ней свой «пасьянс».

– Вот, полюбуйтесь: это схема ДТП, это объяснения – ваши и моего клиента, это справки, это протокол о привлечении вас, Максим Сергеевич, к административно-правовой ответственности.

– С какой стати? – ожил Макс, – я ничего не нарушал. Твоя Левицкая сама на встречку выехала, я тут при чем? Ну, не сама, а кто там за рулем сидел, короче, неважно.

Она мне в лоб въехала, а еще и штраф плати?

Распинаться он мог сколько угодно, с таким же успехом он мог объяснять все столу или холодильнику. Адвокат безмолвствовал и смотрел на плиту, смотрел так, точно видел впервые в жизни и не догадывался, что этот агрегат тут делает и каково его назначение. Потом, когда Макс выдохся, спросил, не отводя от грязноватой, надо признаться, плиты глаз:

– Вы можете это доказать? У вас есть свидетели, которые подтвердят в суде, что автомобиль госпожи Левицкой двигался по встречной полосе движения и совершил наезд на вашу машину? Кстати, это ее я видел во дворе? Серая «тойта»?

– Она самая, – буркнул Макс.

Крыть ему было нечем, никаких свидетелей у него, понятно дело, не было и быть не могло. Даже если случится чудо, и он найдет водителя той «приоры», то терлась вчера рядом, или водителя фуры, то толку все равно не будет. Не подтвердят они ничего, наоборот, отбиваться будут руками и ногами от того, что видели собственными глазами, ибо Левицкая – вдова банкира, а Еланский – недавно освободившийся уголовник, что сидел за хранение и сбыт наркотических средств, и вообще против лома нет приема.

– Сколько? – спросил Макс, и адвокат отлично его понял. Переложил бумаги на столе, орудуя, как карточный шулер, взял за уголок один лист и подал его Максу.

– Вот, извольте сами посмотреть, там все написано.