Счастье мертвой королевы

Черников обнял ее, и очень вовремя, еще секунда, и свалилась бы она прямо на песок и гравий с этих чертовых каблуков. Да не в каблуках дело, просто только сейчас, вот сию секунду она осознала всей шкурой, что недавно произошло и чудо, что она ноги унесла, живой и невредимой вышла от этого мятого Кирилы Петровича. Зам Гончарова, и если это так, то теперь он первый человек в городе, в смысле, первый среди бандитов. На крестного отца не тянет, но что-то близкое.

– Ну ладно, ладно, все закончилось, – негромко говорил Черников и сгреб ее волосы в ладонь, – не переживай ты так.

Видишь, все хорошо закончилось. О чем говорили?

– Он денег от меня потребовал за разрешение работать и из города уезжать запретил, – пробормотала Рита ему в плечо. Черников отстранился, внимательно поглядел на нее, чуть нахмурился.

– В смысле?

– В прямом. – Горло перехватило, но хоть ноги уже не дрожали и каблуки не подкашивались. Черников смотрел куда-то поверх ее головы, потом выругался негромко и посмотрел Рите в глаза.

– Ничего не бойся, – с расстановкой, точно говорил с ребенком, – сказал он. Они ничего тебе не сделают, времена сейчас не те. А этот, что с тобой говорил, он такой толстый, нескладный и рожа мятая?

– На картошку похож, – Рита смотрела себе под ноги. Туфли были все в царапинах от гальки, в пыли – Текила будет очень недовольна.

– Точно, – фыркнул Черников, – это Бондарь, они с Гончаровым со школы еще дружили, ну и потом еще у них дела были.

Совместный бизнес, так сказать.

Подбежала здоровенная белая дворняга и принялась гавкать на них, с горки спускалась толстая тетка в тапках и слишком тесных для нее трениках. Она лопала на ходу чипсы и пялилась то на Риту, то на Черникова.

– Поехали отсюда.

Рита уселась назад, Черников развернул машину и легко влетел в довольно крутую горку. Дворняга недолго бежала за ними, гавкала и норовила кинуться под колеса, Черников нажал на сигнал, и псина отстала. Выехали на боковую от проспекта улицу, повернули направо и снова застряли в пробке, правда, не очень большой.

Рита нашла, наконец, телефон – как и положено, нужная вещь оказалась на самом дне, да еще и на беззвучке. Три пропущенных от Черникова и еще два с незнакомого номера, эти последние с разницей меньше минуты. Кто-то настойчиво рвался побеседовать с ней сразу после того, как она сбежала с рынка. Мятый Бондарь, само собой, вернее, кто-то из его подручных.