Стечение обязательств

Они были уже почти на месте, сверху грянул гудок тепловоза, легко и весело загрохотали по рельсам пустые вагоны, их мотало по сторонам, вдоль рельсов стлалась поземка.

Денис на мгновение ослабил хватку, и этого оказалось достаточно. Девица попалась сообразительная, этих секунд ей хватило, чтобы скатиться вниз и удрать куда подальше, бросив своего спасителя.

– Иди отсюда, идиотка! – рявкнул Денис ей вслед, посмотрел на часы и побежал к тропинке, что вела к заветной Воробьевке. К кривой тропинке, небезопасной в любое время дня и ночи по причине наличия по обеим ее сторонам подозрительного вида как заброшенных, так и обитаемых строений, одноэтажных, в основном, где проживали и бомжи с ближайшего вокзала, и стаи бездомных собак, и прочий темный элемент, которому терять уже нечего.

Бежал так, что стало жарко, Денис на ходу сорвал шапку, затолкал ее в карман и наддал еще. Поминутно смотрел на часы, и когда понял, что не успевает, сбавил скорость, пошел быстрым шагом. Теперь беги-не беги, все одно опоздал, покупатель ждать не будет, так что можно не торопиться.

Точно в ответ на эти мысли в кармане запиликал мобильник, на экране показался ряд цифр. Покупатель собственной персоной, говорит лениво, но в голосе чувствуется недовольство, и равнодушие заодно.

– Я сейчас буду, – едва переводя дух, сказал Денис. – Минут через пятнадцать.

И не удивился, и даже самую малость не расстроился, услышав ожидаемый, в общем-то, ответ:

– Извини, я ждать не могу, давай в другой раз, я перезвоню.

– Договорились.

Денис убрал мобильник и остановился. Ну, вот и все, теперь он совершенно свободен – клиент сорвался, можно идти домой и ждать следующего звонка. И в гараже делать нечего, но это к лучшему, мало радости возвращаться туда, где все началось, вернее, закончилось для него три с лишним года назад. Денис неторопливо пошел обратно, миновал замусоренный до безобразия скверик и детскую площадку с чудовищными конструкциями, на которых устроилась стайка подростков. Мат стоял такой, что приближаться к площадке не решались даже вороны, они облетали ее стороной, держа курс на мусорные контейнеры, стоявшие поблизости.

Но осталась позади и площадка, и второй двор, и третий, и другие улицы родного, с детства знакомого города, по которым шел к дому, а в голове крутилось только одно: с Васькой придется поговорить, это не обсуждается. Понятное дело, что радости от встречи будет мало, но тут вопрос жизни и смерти, ни больше, ни меньше.