Только деньги. Ничего лишнего

Предлагали как-то, но я подумала и решила, что пока не так все плохо…

– Глеб где?

– А? – Женя точно с облака свалилась, похлопала ресницами и кинула в рот последнюю горсть орехов. – Фиг знает, после того, как письмо получили, из квартиры он точно не выходил. Переживает творческую неудачу. Давай вместе посмотрим.

Глеб на памяти Риты так «пропадал» второй раз. Первый случился сразу после Нового года: Глеб просто на ровном месте надрался вусмерть коньяком и заснул в шкафу. Там же и пил, как потом оказалось, бутылки валялись среди коробок с обувью.

Не за столом, не под оным, а именно в шкафу, за закрытыми дверями, прятался от людей в укромные места, точно кто-то покушался на бутылку. Ну и не закусывал, само собой.

Первым делом осмотрели тот самый шкаф, но среди коробок с реквизитом Глеба не обнаружили. Рита заглянула под кровать, Женя зачем-то выдвигала ящики, потом отодвинула занавески на окне. На подоконнике валялся половинка засохшего яблока и розовый лифчик.

– Пардон, – Женя схватила его и скомкала, – это мое.

Думала, куда он подевался.

Лифчик полетел в ящик, Рита вышла в коридор. Из темной гардеробной послышался тихий шорох, точно мышка пробежала. Женя подошла, принюхалась, скривила губы.

– Пусть сам проспится, – она вглядывалась в темноту, – один фиг от него сейчас толку ноль. Завтра поговорим. Я ему мозги вправлю.

«Какое завтра» – Рита включила свет, осмотрелась. Все как обычно, вещи, полки, коробки и ящики на месте, потолок не упал, пол не провалился, Глеба не было.

Рита осмотрелась еще раз, вспоминая, откуда раздавался шорох, Женя рывком отодвинула зеркальную створку справа. За ней тоже без разрушений, лишь небольшой беспорядок, но зачем тогда зеркальная створка, не только же для того, чтобы в нее смотреться! Весь бардак удачно прятался за ней, а вот Глебу пока удавалось скрываться. Женя постояла, покрутила головой, передвинула пару здоровенных коробок и вдруг легко вскочила на самую большую. Ухватилась за полку, привстала на носки и принялась бить кулачком темный непонятный сверток.

– Хорош дрыхнуть, скотина, слезай! Давай, двигай! – она обеими руками еще немного попинала сверток, принялась трясти его, послышалось недовольное ворчание и вполне отчетливые матюки. Рита не верила своим глазам – пьяный Глеб дрых на верхней полке гардеробной, почти под потолком! И как его снимать оттуда – непонятно. И ронять нельзя, и аккуратно вытащить им обеим сил не хватит.