Война в наследство

Следователь кивнул, точно другого ответа и не ждал, открыл папку, что лежала перед ним на столе, принялся перебирать бумаги в ней.

– Вы, Казарцев, кандидат в мастера спорта по армейскому рукопашному бою, а стало быть, владеете соответствующими навыками и приемами. Вы его одним ударом убить могли….

– Хотел бы убить – бил бы по почкам или печени, – глядя в стенку, проговорил Олег. – Или в висок или по кадыку врезал разок, и завалил бы вашего хирурга к херам. А я его промеж лопаток толкнул, там болевых точек нет, и ты это знаешь.

Давай следственный эксперимент, экспертизу…

– Будет, – оборвал его следователь, – все будет, а ты посиди пока, подумай.

Но конвой вызывать не стал, снова взялся за бумаги. Олег мельком глянул на ворох документов и отвел взгляд. Характеристики, объяснения, протоколы – ему эта муть была безразлична. Почему-то накрепко засела уверенность, что от этих бумаг ничего не зависит, а судьба Олега Казарцева решается совершенно в другом месте. Следак сложил все аккуратной стопкой, взял верхний лист.

– Заявление об усыновлении Артема Казарцева. Родственник ваш?

– Племянник, – сквозь зубы отозвался Олег, едва сдерживаясь, чтоб не послать старлея по матери. Очкастый отложил этот лист, взял другой.

– И свадьба у вас намечается, с Алтыновой Мариной. – Он исподлобья глянул на Олега, но тот продолжал изучать паутину трещин. Ага, свадьба. Намечалась, было дело, еще пару дней назад, а сейчас вся жизнь из-за этого чокнутого хирурга летит к чертям.

– У меня регистратор в машине, – Олег посмотрел на следователя. – Там запись, как этот хирург человека убил. Вам будет интересно.

– Посмотрим. – Следак вытащил из папки газетный лист, перевернул его, и прочитал вслух:

– Сегодня на глазах нескольких десятков человек неизвестный спас из-под колес поезда щенка. Хозяйка пса не успела отблагодарить спасителя, и через нашу газету просит передать ему слова благодарности. Животных, вижу, любите?

Олег уставился на следователя, на газету перед ним, подтянул лист к себе.

И первым делом увидел себя – грязного, взъерошенного, девчонку в обнимку с щенком, Артема рядом. Снимок был кривоват и мутноват, снимали чем-то вроде мобильника, но лица различимы и узнаваемы. Ну надо же, где бы еще наткнуться на такое…

– Я тоже люблю, особенно енотов, – сказал следователь и снял очки, поморгал крохотными голубыми глазками. – Они такие славные. Я б завел парочку, но жена против.